Оздоев о том , почему ни один молодой игрок клуба в ближайшее время не будет играть в основе

• Эта статья в архиве

У Зенита великолепная академия , но... детско-юношеский футбол в России сейчас в упадке.

— С момента ухода поколения Аршавина в Питере все ждут на поле своих воспитанников.

— У клуба великолепная академия: классная база, хорошие поля. Но за пять лет, которые я был в «Зените», не было ни одного парня из академии, который мог прийти и сразу конкурировать с игроком основного состава. Их и не будет в ближайшее время.

— Прямо ни одного?

— Из последних, кого я видел, очень талантливым был Илья Скроботов. У него неплохая левая нога. И второй — Данила Прохин. Эти два парня могли бы конкурировать с основой.

— Но?

— Ключевым стал вопрос отношения к делу. Я всегда говорил им в лицо — если регулярно опаздывать на тренировки и на установки перед играми первой команды — невозможно стать в ней основным. В «Зените» много молодых, которых подпускают к основе, а они могут не приехать на тренировку и сказать: «Я проспал». Если бы в «Локомотиве» я бы опоздал на установку или проспал тренировку, меня в тот же день выгнали бы из команды. Еще бы и от Вячеславовича (Лоськова) получил бы. Но сейчас у молодых, видимо, другие взгляды. А потом задают вопросы, почему в составе «Зенита» нет воспитанников. Нет, потому что у воспитанников не то отношение, которое должно быть. Разве нормально, когда молодые пацаны заходят в раздевалку за пять минут до общего сбора? Они должны быть первыми!

Я, который видел много раз, как молодежь допускает ошибки, пытался объяснить «зенитовским» ребятам, как надо делать, а как — нет. Очень долго пытался влезть в голову Скроботову. У него великолепные данные для центрального защитника, прекрасная левая нога. Надеюсь, он изменится и у него все получится.

— Еще талантливые были?

— Их много. Но одного таланта мало. Например, Шамкин, когда приехал первый раз на сборы с основой, выглядел очень хорошо. Многое получалось. Но общая проблема молодежи — снижение требований к себе. После одного-двух месяцев в команде они уже начинают думать, что лучшие, и обижаются, когда не играют в основе. Но с чего вообще ты должен быть сразу основным? Нужно начинать с малого — по пять, десять минут. Это нормально, я тоже проходил через это. Е-мае, им по 17-18 лет, они еще устанут в этот футбол играть! Некоторым парням что объясняй, что нет — в одно ухо влетело, в другое вылетело. Многие из них думают, что мы, старшие, их душим. Но мы наоборот — хотим, чтобы у них все получилось, чтобы жизнь у них была устроена.

— Отсутствие дисциплины среди «зенитовской» молодежи — вопрос ко всему поколению? Или проблема в мягкости Семака?

— Насчет мягкости не знаю, но поколение точно другое. Сейчас очень мало молодых парней, которые дебютировали в РПЛ в топ-командах.

— «Локомотив»?

— «Локо» — исключение. Это номер один в России по работе с молодежью. Он всегда этим и отличался. «Спартак» тоже отмечу. Но у них другая тактика — они много своих воспитанников отпускают в аренду.

— А «Динамо?

— «Динамо» только последние года два. И то, думаю, просто попалось такое удачное поколение. Вернись на пять лет назад — такого не было. А у «Локо» эта работа поставлена на поток.

— Можно ли сказать, что детско-юношеский футбол в России сейчас в упадке?

— Так и есть. Отъехав 100 километров из Москвы, ты это увидишь. В России кроме как у московских команд, «Зенита» и «Краснодара» больше нет нормальных академий. Окей, базу построить можно, но главное — тренерские кадры. Профессия детского тренера очень недооценена в России. В академиях не хватает качественных специалистов, но при этом все очень скептически начали относиться к старому поколению детских тренеров. Их заменяют 25-летними пацанами, которые футбол знают только по книжке. Такой тренер никогда не объяснит ребенку, как правильно бить по мячу. А тренер старого поколения увидит в ребенке потенциал, который не увидит даже тренер клуба РПЛ.

— Многие академии ведь еще привозят тренеров из Испании.

— Они никогда не дадут уровень. Иностранцы не знают местного менталитета, быта и традиций. Простой пример: когда я играл в «Рубине», к нам приехал диетолог из Испании. Он сразу начал устанавливать свои правила: жирное нельзя, борщ нельзя и так далее. Я ему говорю: «Друг, ты не понимаешь — ты приехал в регион, где уже в октябре -20 градусов. Тут люди едят жирное, чтобы не замерзнуть». Он не понял, что мы не в Испании, не в условной Валенсии, где люди могут круглый год есть гаспачо, чтобы охладиться. И это аукнулось — десять футболистов получили травму задней поверхности бедра в период с сентября по декабрь.

— Какие еще проблемы ты видишь в нашем футболе?

— У нас огромная страна. Но у нас очень мало футболистов, потому что Россия — нефутбольная страна. Люди из многих регионов чисто физически не имеют возможности заниматься футболом. Как парень с Дальнего Востока будет заниматься футболом, если там восемь месяцев зима?

— Нужны манежи.

— Правильно. Нужно создавать инфраструктуру, чтобы по всей стране футболом занимались не один миллион детей, а тридцать.

— Многие отмечают Сергея Галицкого как человека, который больше всех сделал для российского футбола. Кого можешь выделить лично ты?

— Хочу отдать должное Григорию Иванову.

— Неожиданно.

— У меня огромное уважение к этому человеку. Он делает все для своей команды и академии. Многие знакомые, игравшие в «Урале», рассказывали — он вкладывает душу в уральский футбол. Когда в феврале я увидел газон на тренировочном поле «Урала» — я был в шоке. Такое впечатление, что команда играет на юге России. Благодаря Иванову у детей из Екатеринбурга есть возможность ходить на матчи, видеть звездных футболистов, пытаться стать кем-то.

— Но ты же понимаешь — это все делается за госденьги.

— Я вижу, что он делает для команды. А за чьи деньги — неважно.