Карасёв: «Неконструктивная критика расстраивает»

• Эта статья в архиве

Работающий на ЧМ-2018 судья Карасёв рассказал об особенностях профессии.

Многие недооценивают профессию футбольных арбитров, что зачастую приводит к конфликтным ситуациям. Об этом в интервью заявил судья Сергей Карасёв, который 15 июня обслуживает матч чемпионата мира между сборными Ирана и Марокко. Также российский рефери рассказал о подарках от команд, правилах, которых не знают футболисты, и отношении к критике со стороны болельщиков и тренеров.

Российский арбитр Сергей Карасёв дебютирует на чемпионате мира по футболу в качестве резервного судьи на матче группового этапа между сборными Марокко и Ирана. Эта игра станет для рефери особенной по двум причинам. Во-первых, ему предстоит опробовать систему видеопомощи, используемую на соревнованиях подобного уровня впервые. Во-вторых, отечественные арбитры не работали на мундиалях с 2006 года в Португалии, где три матча судил россиянин Валентин Иванов. Перед встречей в Екатеринбурге Карасёв ответил на серьёзные, смешные и провокационные вопросы блица.

— Вы помните, сколько российских судей обслуживали матчи чемпионата мира?

— Шесть или восемь.

— Восемь. Как следует поступить на поле, если не видел эпизода, а помощники молчат?

— Продолжить игру.

— Какого правила не знают даже некоторые футболисты?

— Что начальным ударом можно забить гол. Или некоторые до сих пор пытаются убедить рефери, что было вне игры, когда мяч вводился из аута.

— Какой подарок от принимающей команды произвёл на вас наибольшее впечатление?

— Хороший вопрос. Когда мы были в Мадриде, менеджмент лиссабонского «Спортинга», встречавшегося с местным «Атлетико», подарил клубные майки с именами и фамилиями всех судей и ассистентов. Такого ещё никто никогда не делал, было очень приятно.

— Какой максимальный гонорар вы заработали за обслуживание матча?

— Гонорары у всех как в Европе, так и в России стандартные и не меняются уже на протяжении долгого времени. Поэтому о максимальной сумме здесь говорить не приходится.

— Показывать какие карточки вам доставляет большее удовольствие — жёлтые или красные?

— Честно говоря, ни те ни другие. В идеале я бы хотел судить, вообще к ним не прибегая. К сожалению, такие случаи — большая редкость. Но их наличие говорит о том, что арбитр хорошо контролирует ход поединка.

— А за что выписывать «горчичник» приятнее — за симуляцию или за бурное проявление эмоций?

— В любом случае мне это делать нравится, потому что если судья отметил нарушение, значит, он разобрался в эпизоде, наказал игрока за неспортивное поведение. Соответственно, не уронил свой имидж.

— На какой минуте сложнее давать пенальти — на первой или на 120-й?

— Наверное, на 120-й.

— Что менее приятно: оскорбление с трибуны или нещадная критика со стороны тренеров?

— Ни то ни другое. Любая критика расстраивает, особенно если она неконструктивная.

— Пьерлуиджи Коллина или Николай Латышев?

— Латышев.

— Тихон Калугин или Антон Аверьянов?

— Оба.

— Криштиану Роналду или Лионель Месси?

— Месси.

— Закончите фразу: самая потрясающая атмосфера была…

— …на всех стадионах, где наша бригада обслуживала матчи Лиги чемпионов и чемпионата Европы.

— Самое неблагодарное в работе арбитра — это…

— …отсутствие понимания того, что мы испытываем. Многие думают, что нам легко даются решения, что судьи совершают какие-то действия намеренно. К сожалению, о нашей профессии человеку со стороны известно совсем немного, отсюда и возникают конфликтные ситуации.

— Отборнее всех на меня матерился…

— Никто не матерился. Возможно, в это трудно поверить, но такого и правда не было за всю мою карьеру.

— Самый несдержанный тренер, с которым вам удалось пересечься?

— На данный момент — Дан Петреску. Он на протяжении 90 минут может прыгать и бегать по всей технической зоне. Не знаю, сколько килограммов он теряет за один матч, но, наверное, больше, чем сами футболисты.

— У российских арбитров всё хорошо, кроме…

— …того, что мы официально не являемся профессионалами, а работаем как любители. В связи с этим у нас нет страховок, трудовых книжек и прочих льгот. Надеюсь, в ближайшем будущем эта ситуация изменится в лучшую сторону.

— По окончании карьеры я буду целый месяц…

— С семьёй на даче.