Чтобы вырастить вратаря, нужно изучать даже рост предков игрока. Новый текст тренера «Урала»

• Эта статья в архиве

Большой рассказ о том, как правильно воспитывать молодого вратаря.

Я работаю в системе «Урала» с 2007 года, за это время пять моих воспитанников подписали контракты с главной командой: Григорий Любимов, Дмитрий Арапов, Андрей Тимофеев, Александр Шубин и Евгений Жариков.

Арапов и Тимофеев доросли до матчей РПЛ, как и Олег Баклов с Владиславом Полетаевым. Баклова мы взяли из «Сызрани-2003», когда ему был 21 год, а в прошлом сезоне Олег отыграл 3 матча в Премьер-лиге. Полетаева я привез, когда ему было 14, из поселка городского типа под Омском.

Этих ребят я находил в дворовых командах, низших лигах, даже других видах спорта (Дима Арапов играл в мини-футбол), приглашал на просмотр и в итоге забирал в «Урал». За 13 лет мы сталкивались с разными ситуациями при воспитании молодых вратарей – сегодня хотелось бы поговорить о них и о том, как избежать ошибок при подведении голкиперов к основной команде.

***

Набор и отбор молодых вратарей

Когда я оказался в системе «Урала», понял, что нам нужно провести селекционную работу – начал ездить по местным школам, просматривал практически все турниры (от «Кожаного мяча» до региональных и всероссийских соревнований, в которых участвовали команды академии «Урала»). Кроме того, постоянно общался с главными тренерами основы «Урала» – хотелось знать их оценку игры вратарей основы и общие требования.

Сознание изменил один момент. В одной из детско-юношеских команд «Урала» был вратарь, которого постоянно вызывали в сборную региона, он неоднократно признавался лучшим на крупных турнирах. Конечно, я ждал его появления в молодежке, представлял, как будем его переводить в главную команду, но в один момент он перестал расти (175 сантиметров). При этом парень не обладал качествами, которые бы могли нивелировать недостаток антропометрии. Позже выяснилось, что его родители – среднего роста, та же история – с более дальними родственниками.

После этой истории мы выработали шкалу критериев и оценки перспектив вратарей. В нее вошли разные данные: рост предков и их причастность к спорту, психологический портрет, физические качества, восприимчивость, оценка тренировочной и игровой деятельности. Получилось около 25 показателей – высчитываем средний балл и выделяем каждого вратаря определенным цветом. От зеленого – с большей перспективой, до красного – сомнительное развитие.

***

Свобода и возможность для реализации

В книгах по спортивной психологии пишут, насколько важно уметь уважать воспитанников, видеть в них личностей.

Мой коллега Василий Фролов (внук Льва Яшина) хорошо знаком с сербскими академиями – лидерами среди поставщиков игроков в клубы и лиги любого уровня. Он рассказывал, как в конце тренировки там ребята играют в футбол – тренеры садятся под зонтик и пьют кофе. Эти тренеры объяснили, что игра – это время детей, где они могут отвлечься от шаблонных заданий и проявить свои способности.

В России все не так. Во время матча тренер может находиться даже за воротами и подсказывать вратарю, как тому двигаться, куда и когда отдавать передачу. По сути, тренер в ультимативной форме решает за игрока, а вратарь вынужден подчиняться, чтобы потом не получить критику.

Я видел, как во время одного из детских матчей судья назначил штрафной, а тренер, стоявший за воротами, подсказывал вратарю, как правильно устанавливать стенку. В один момент тренер просто вышел на поле, сам установил стенку и развернулся к вратарю: «Видел? Вот как надо!»

К сожалению, во время матчей тренеры постоянно подсказывают, что делать и куда бежать, но это абсолютно неправильно. Тренер детей и юношей – это человек, который развивает способности; ограничивая инициативу у игроков, он лишает их возможности идти на риск при решении игровых задач.

Новая школа вратарей строится на уверенности в себе, тренер обязан ее развивать. Если вратарь пошел на перехват фланговой передачи и махнул мимо мяча, в следующий раз он не должен сомневаться в своем решении, иначе темп игры просто не простит промедления при выборе.

При этом вратарь, допустивший ошибку на выходе, в оставшееся время матча, скорее всего, при подачах останется на линии.

Доверие

Во время поездки в Голландию я спросил тренера вратарей о местном воспитаннике в заявке на матч основы. «Я вообще не сомневаюсь в нем, ведь он прошел все этапы развития в нашей академии. Он знает все игровые принципы команды, обучен элементам игры вратаря», – ответил тренер.

Этот ответ запал мне в душу, даже стал девизом. Я постоянно повторял себе: «Необходимо работать так, чтобы у тебя самого не было сомнений в том, чтобы доверить место в воротах воспитаннику».

В Европе игроки к 22 годам уже выглядят зрелыми и уверенными в себе. В большинстве случаев это означает, что уже в 16-17 лет они ярко проявляют себя в молодежных командах, а в 19-20 – во вторых.

Каждый год я звоню руководителю областной федерации футбола, говорю: если какая-то взрослая команда ищет вратаря, они есть в академии «Урала». Так Дима Арапов заиграл на взрослом уровне в 15 лет, такой же опыт получил Полетаев. Игра каждую неделю в чемпионате области по мужикам – это же новый стресс, это нужно для развития. В 16-17 они играли за молодежку «Урала», в 19 – попадали в основу «Урала», сейчас у нас появился промежуточный этап – «Урал-2».

Я знаю главных тренеров, которые работают по принципу «Кто старше, тот и играет». Мне кажется, что должен играть тот, кто перспективнее.

Саморазвитие

Молодые вратари постоянно ждут от тренеров чего-то нового – так тренеры сами держат себя в тонусе. Постоянное желание получить новое знание ведет к повышению квалификации и полноценному формированию тренера. В интервью и блоге я уже рассказывал, как меня мотивируют стажировки и участие в конференциях.

Я мало кому рассказывал, что должен был поступить на учебу в Германии. Оно состоит из четырех сессий – как правило, во время пауз на матчи сборных. Эту уникальную возможность я получил благодаря знакомству с представителями Немецкого футбольного союза. Они рассказывали, что тренеры из Японии и США были готовы платить за то, чтобы их зачислили на курсы, но по правилам обучаться могут только граждане Германии.

Единственное исключение сделали для меня. Для зачисления я должен был выступить с презентацией на немецком языке – рассказывать о собственной философии. Готовиться к экзамену я начал еще за полгода до него – он должен был состояться в Дюссельдорфе в июне.

Пандемия нарушила все планы. С нетерпением жду снятия ограничений, чтобы вернуться к этой теме.

Андрей Шпилев.


Согласовано с модератором.