Михаил Бутовский – о хамстве к медикам, зарплатах и уходе из ЦСКА и «Спартака»

• Эта статья в архиве

Автор встретился с главой медштаба «Рубина».

Михаил Бутовский за два последних года он перешел из ЦСКА в «Спартак», а оттуда – в «Рубин». Все это время Бутовский работает и в сборной России вместе с Эдуардом Безугловым, сотрудничают они и в клинике Smart Recovery.

Как Безуглов двигает индустрию вперед: исследования проводит за свой счет, публикуется за рубежом (нонсенс для нашего спорта)

– Как вы пришли в спортивную медицину?

– Вышло неожиданно. В 2014-м мой друг и коллега Эдуард Безуглов спросил: не хочу ли я помогать ему на чемпионате мира – первый опыт был сразу таким. Я тогда работал анестезиологом-реаниматологом. Анестезиология как специальность подразумевает развитое клиническое мышление, поэтому мне не потребовалось много времени, чтобы все понять, а главное – рядом был Безуглов.

– Общее мнение: лучшие спортивные врачи России – Безуглов и Бутовский. Чем, по-вашему, крут Безуглов?

– На мой взгляд, Эдуард Николаевич максимально крут с точки зрения как науки, так и общего объема знаний. Он реально работает 24 часа в сутки. Мне кажется, даже во сне думает о работе. Он локомотив нынешнего поколения спортивных врачей. Благодаря Безуглову мы стали хотя бы понимать, куда двигается зарубежная научная мысль – а если будем продолжать, то через время (пусть и долгое) приблизимся к ним. Мы стали узнавать много нового, полезного и интересного. Он растормошил наше медицинское спортивное сообщество.

Он предельно открыт, доброжелателен и – это огромный плюс – хочет делать что бы то ни было предельно качественно, иногда даже ценой собственного профита. Например, все научные исследования он проводит только за свой счет – никакой финансовой помощи ни от кого не получал.

К сожалению, есть категория коллег, которая скептически относится к его действиям и размышлениям.

– Что говорят?

– У каждого свои пороки – кто-то управляет ими, кого-то они сподвигают на негатив. На мой взгляд, нужно просто не мешать, а как только возможно поддерживать [Безуглова]. Он делает наш спорт чуточку лучше, здоровее, конкурентоспособнее. А уж спортивную медицину – так точно.

Чтобы вы понимали: за последние пару лет Безуглов один написал статей по спортивной медицине в зарубежные журналы первого и второго квартилей (высшие категории научной периодики) больше, чем за предыдущие 20 лет все вместе взятые спортивные врачи в России. О нас зарубежные коллеги могут узнавать только из этих источников – никому не интересно, что ты профессор кафедры спортивной медицины.

Я более ленив, но Эдуард меня подпинывает, так что у нас есть некоторые совместные работы. Они или опубликованы, или находятся на стадии рецензирования и публикации.

– Про зарубежных коллег – как часто вы с Безугловым что-то у них перенимаете? Методики, технологии, препараты – что есть за границей, а у нас нет?

– Молодое поколение спортивных врачей более прогрессивно. Они еще нигде не начали работать, чтобы бояться за свое место. Постоянно смотрят на западных коллег и партнеров, черпают новое.

Надо быть честным: если ты не читаешь англоязычную литературу, значит, опаздываешь. Пока она дойдет до нас, пока будет переведена, пройдет год – а с уровнем технологий сейчас это вечность. Не получается читать большие книжки-монографии – никаких проблем: есть доступные электронные библиотеки с информацией со всего мира. Читайте австралийских коллег, новозеландских, европейских, японских, китайских. Заходите в PubMed, вбиваете абсолютно любую тему. Там много бесплатного материала, что-то всегда можно купить или оформить подписки на British Journal of Sports Medicine, American Journal of Sports Medicine.

Кстати, когда я был в «Спартаке», в бюджет внесли годовую подписку на топ-5 зарубежных журналов. Не знаю, разрешил ли Газизов выписывать их в итоге – на момент моего ухода бюджет еще не утвердили. То же самое хотим сделать в «Рубине», Рустем Фидаевич [Сайманов, гендиректор] полностью поддерживает нас и с пониманием относится к инвестициям в образование персонала.

Узнав что-то новое, можно применить какую-то актуальную методику. И сократить срок лечения и реабилитации – а это напрямую финансовая, имиджевая и спортивная выгода для клуба. Можно сэкономить 500 долларов на журналах и недополучить многомиллионную прибыль.

В России не все классно с медициной – особенно вне мегаполисов (зарплата завотделением – 25 тысяч). А люди стали относиться к врачам как к обслуге

– Вы потомственный врач, закончили Сеченовскую академию, 13 лет проработали в московской 67-й больнице. Развеете миф о том, что российская медицина за пределами платной – кошмар?

– Доступность современных медикаментов и оборудования надо улучшать. В Москве, Питере, наверняка и в Казани дела не так плохи – но есть же много других городов, где все не так радужно.

Мне кажется, у нашего руководства [Министерства здравоохранения] есть запас прочности и возможностей, чтобы это улучшить.

– Вы обращали внимание: труд врачей в России не ценят, не платят положенные деньги, отношение к ним пренебрежительное. Откуда это идет?

– А вы считаете, врачей оценивают по достоинству?

– Интересно понять природу. На вашей памяти так было всегда?

– Думаю, нет. Ярко выражено – в последние пять-семь лет. Ко врачам стали относиться как к обслуге. Есть много примеров хамства по отношению к медикам. Об этом есть достаточно роликов.

– С оплатой труда врачей в регионах плачевная ситуация по сравнению с Москвой?

– Катастрофическая, а не плачевная, на мой взгляд.

– Назовете примерную зарплату в регионах? Чтобы отразить эту разницу.

– Если работать на одну ставку – 25 тысяч рублей.

– Для опытного медика?

– Для заведующего отделением.

Бутовский не уверен, что болельщикам нужно знать детали диагноза футболистов – это нарушение закона и лишняя информация

– В европейских клубах нормальная практика медицинских анонсов: после обследования клуб публикует полный диагноз и сроки восстановления. В России с открытостью гораздо хуже – реабилитация может затянуться сама по себе, а крайними выставляют врачей. Почему у нас не сделать обязательными такие анонсы?

– Наверное, можно было бы. Но зачем? Вы мне скажите, зачем болельщику знать диагноз? Он разбирается в медицине? Или он может мне как-то помочь? Например: чем отличается мышечное повреждение степени 2 от степени 2Б?

– Я не в курсе.

– А тогда зачем я буду вам голову забивать это ненужной вам информацией?

– То есть лучше утаивать?

– Я вам сказал, что мы готовы [к открытости]. Но я всегда считал, что медицинская информация несколько интимная. Пациент имеет право на неразглашение сведений о своем здоровье третьим лицам без своего разрешения. Так почему я без разрешения футболиста должен сообщать болельщику (третьему лицу) о состоянии? Вы знаете, что за это есть определенная ответственность?

– Вы и футболисты – публичные лица. Фанаты – тоже участники футбольной жизни.

– Мы же законопослушные граждане, у нас есть Конституция Российской Федерации, в ней – статьи, посвященные здравоохранению. А также есть закон о здравоохранении. Так что не вижу смысла распространять такие данные.

– В «Краснодаре» были примеры странных замалчиваний. Безусловно, это личное дело клуба – но аудитория оставалась в безвестности.

– Каким-то образом можно и нужно сообщать, но говорить прямые диагнозы не совсем корректно. Про сроки восстановления вы же правильно сказали: на два дня задержался игрок – начинается: «Коновалы! Бездари! Убийцы!» Банальный пример: семь крестов в «Спартаке». Кто в этом виноват? Ну, неужели врачи?

– Да, помню, как крайним делали Вартапетова.

– Хотя при чем тут Вартапетов. Он что, по ночам эти кресты перекусывал? Наверное, было не все слава богу и в тренировочном процессе, раз семь игроков получают такую травму.

Вартапетова как только ни называли. Михаил Гургенович – очень адекватный человек и высококвалифицированный специалист, не первый день в спортивной медицине.

Хочу повторить: медицина – весьма неточная наука. Не у всех реабилитация после разрыва крестообразной связки занимает шесть месяцев [как обычно].

Из ЦСКА ушел не из-за денег, из «Спартака» – не из-за претензий Заремы (с ней не знаком). Считает, что труд врачей в клубах недооценен

– Топ-3 медицинских штабов кроме «Рубина» и «Спартака»?

– «Локомотив», «Зенит», «Краснодар».

– «Рубин» или «Спартак» – кто номер один?

– На сегодня? «Рубин», конечно.

– Потому что вы здесь?

– Естественно! Я шучу.

– Дмитрий Егоров, близко знакомый с Безугловым, писал: «Для ЦСКА уход Бутовского – потеря. В Ватутинках медицинское оборудование из 17-го века».

– Не хотел бы комментировать это, если можно.

– Насколько знаю, в ЦСКА ревностно отнеслись к вашему уходу в «Спартак».

– Наверное, я не в курсе.

– В инстаграме у Безуглова спрашивали о вашем переходе – и предполагали, что дело в деньгах. В них?

– Нет. Лично гендиректор [Цорн] предложил возглавить всю медицинскую службу в основной команде. Получается, повышение. Очень благодарен «Спартаку» за этот опыт – правда познавательно, я многому научился.

Если предельно честным быть про финансы – моя зарплата в «Спартаке» была ровно такая же, как в ЦСКА.

– Что сейчас пишут о вашем уходе из «Спартака»: Бутовский ушел из-за Заремы, она провела финансовую проверку и вскрыла несостыковки на 14 рублей. Что слышали об этом?

– Я с Заремой (к сожалению, не знаю отчества) не знаком, ни разу с ней не виделся. Никаких претензий ни от нее, ни от гендиректора, ни от основного акционера, лично мне ни в устной, ни в письменной форме не предъявлялось.

– Почему тогда ушли?

– Повлиял Леонид Викторович [Слуцкий].

– Все снова обсуждали ваше повышение в зарплате. Писали про 15 млн рублей в год.

– Это неплохая зарплата для врача. Кто из врачей в нашей сфере получает такие деньги?

– У меня нет таких сведений.

– И у меня нет. Моя зарплата не такая, как вы сказали.

Бутовский в восторге от Акинфеева – Игорь безукоризненно следит за собой. Игнашевич единственный из сборной не пропустил ни одной тренировки на ЧМ

– Любая игра ЦСКА – риск для Дзагоева. Гончаренко не обещает ничего на его счет – травма может прийти откуда угодно. Что мешает Алану играть в полную силу?

– Мы все хотим увидеть прежнего Алана Елизбаровича, как в клубе, так и в сборной. Но, к сожалению, все эти травмы не проходят бесследно. Прогнозировать не может никто.

– Давайте еще про Виктора Васина – насколько понимаю, он больше не ощущает себя до конца здоровым, дискомфорт есть всегда. Почему так?

– Особенности организма, соединительной ткани. Если вспомнить, Виктор и после первой операции восстанавливался что-то около восьми-девяти месяцев. Кому-то повезло, кому-то не очень.

– Что сейчас с коленом Акинфеева, какие нагрузки позволяет выдерживать? Первый тренер Игоря рассказывал мне: «Акинфеев покалечен, колено не выдерживает – утром встает, а оно болит».

– Игорь Владимирович – большой профессионал. Максимально ответственно подходит к вопросам тренировочного процесса, восстановлению после игр, тренировок и профилактики травм. Это спортсмен высочайшего уровня, который мог бы себе в некоторых ситуациях дать поблажки – но никогда не дает. Несмотря на такие тяжелые травмы Акинфеев все еще радует нас в воротах ЦСКА. Только большой респект ему.

– Сколько они позволяет Акинфееву еще играть?

– Только он сам решит – опять же, потому что профессионал. Низкий поклон ему за все то, что он делает для российского футбола.

– Чем вас восхищали Игнашевич и Березуцкие?

– Сергей Николаевич, между прочим, единственный, кто во время подготовки к чемпионату мира не пропустил ни одной тренировки. Скрупулезно подходил к вопросам питания, восстановления и сна.

Василий Владимирович и Алексей Владимирович большие профессионалы, ни разу не позволили сомневаться в этом.

– При вас у ЦСКА было не слишком много травм?

– Команда уровня Лиги чемпионов из 25 игроков имеет право на 50 мышечных травм за сезон. Мы абсолютно укладывались.


Согласовано с модератором.