Дмитрий Черышев: хорошо, что мы смогли остаться людьми и выжить в девяностые. Помню, как людей вытаскивали из машин

Экс-футболист и тренер Дмитрий Черышев рассказал о жизни в России в 1990-е и переезде в Испанию.

— В качестве игрока вы застали распад СССР. Каково это было?

— Для меня это был шанс заиграть на самом высоком уровне. При СССР было очень сложно попасть в футбольную элиту: были киевское «Динамо», «Спартак», ЦСКА, «Шахтер», «Черноморец» и другие команды самого высокого уровня. Была сильнейшая конкуренция. Когда Союз распался, многие команды ушли в свои страны. У таких футболистов, как я, появилась возможность заиграть. Я постарался этим воспользоваться.

— Как чувствовали себя, если отбросить футбол?

— Мы занимались своим любимым делом. Конечно, каждый переживал о том, что будет завтра. Было всякое. Мы старались думать только о футболе. Я вовремя попал в московское «Динамо». В 1993 году в стране была тяжелая ситуация, но великолепный президент клуба Николай Александрович Толстых оградил нас от всего происходящего. Мы думали о футболе, наслаждались своей игрой.

— Расскажете какие-то истории из девяностых?

— Нет. Жизнь в девяностых лучше оставить там. Были страшные моменты, я хорошо помню, как людей выбрасывали из машин. Это было тяжелое время, но не надо ни о чем жалеть. Хорошо, что мы смогли остаться людьми и выжить в то время.

— Насколько сложно было для вас адаптироваться в Испании после переезда из России?

— Со мной в «Спортинге» были Игорь Ледяхов и Юра Никифоров — это большой плюс, с ними было проще. Было смешно, когда главный тренер Бенито Флоро подошел ко мне и сказал: «Я тебя не покупал, ты играть у меня не будешь». Благо его быстро убрали, ведь у команды не было результатов. С этого момента я стал играть и приносить пользу клубу.

— Как отреагировали на его слова?

— С улыбкой. Игорь Ледяхов мне перевел его слова, может, еще в мягкой форме. Бывает и такое. Не скажу, что он какой-то плохой. Когда я проходил переаттестацию как тренер, встретился с ним. Мы пообщались, посмеялись. Флоро — замечательный мужик, но в тот момент у него были два футболиста, с которыми он ладил. Хулио Салинас, который играл за сборную Испании и за «Барселону», «Атлетик», и Луна, забивной нападающий. Мы не играли по схеме в два форварда, поэтому я не проходил в основной состав.

Старался как можно быстрее выучить язык и интегрироваться в жизнь Хихона. У меня много друзей из Испании, с которыми общаюсь по сей день.

— В чем отличие испанцев от русских в плане менталитета?

— Все то же самое. Многое зависит от места: в мегаполисе люди закрытые, много работают, а в маленьких городках народ более открытый, расскажет тебе, куда пойти и что сделать.

— Темп жизни в Хихоне отличался от московского?

— В Испании я постоянно слышал слово mañana — в переводе «утром», «завтра». Там любят все переносить на потом, есть та же сиеста. Я приехал в маленький город, с населением лишь 270 тысяч человек. Жизнь там отличалась от московской очень сильно в плане скорости. Я доезжал из дома до базы на машине за 7-10 минут. В Хихоне было море, другой климат. Жизнь была более умеренная, спокойная. Я уделял больше внимания работе, было меньше стресса, чем в Москве.

В «Спортинге» у меня была ситуация, что клуб давал чеки, обещал, что потом выплатят зарплату. Когда я закончил с футболом, менеджер «Спортинга» сделал меня скаутом по молодым ребятам в области Мадрида. Меня назначили зарплату, но в клубе было много долгов. Пришла налоговая, многих «лишних» людей уволили из клуба. Если бы я сохранил должность, клуб потихоньку выплатил бы мне долги, но из-за прихода налоговой и увольнения я остался без денег. Ледяхов подал в суд, а я поздно дёрнулся и очень много потерял.

— Почему не стади подавать в суд, как Ледяхов?

— Было уже поздно. Я бы ничего не выиграл.