Медленная звезда. Как Тедди Шерингем стал лучшим футболистом Англии

• Эта статья в архиве

20 лет назад его признали самым ценным игроком АПЛ и коллеги, и журналисты.

Приостановив незадавшуюся карьеру тренера, Шерингем ныне воспитывает детей, играет в гольф, выступает экспертом на ТВ и, как всегда, никуда не торопится. 2 апреля ему исполнилось 55 лет.

Сломанные ребра и недоверие фанатов

В первом же матче за «МЮ» Тедди Шерингем выиграл золотую медаль. Всего-то за победу в Суперкубке над «Челси» — еще и по пенальти, — но это не так важно, когда всю жизнь ждешь хоть какого-то трофея.

Он по-детски жадно любовался медалью в раздевалке, чем рассмешил вратаря Шмейхеля. «Гляньте на него, — сказал Петер. — Это же твоя первая, Тед?» Тот ухмыльнулся: и правда смешно — один из лучших форвардов Англии впервые что-то выиграл в 31 год.

С другой стороны — за этим же и шел к Фергюсону. Ради этого оставил любимый с детства «Тоттенхэм», увязший с президентом Шугаром в середине таблицы, как пчела в сиропе.

Заменить на «Олд Траффорд» утомленного футболом Кантона было не проще, чем Высоцкого — в «Гамлете», но Тедди принял эту роль как счастливый билет и учел пожелание режиссера: «Эрик спускался за мячом слишком глубоко, — сказал Фергюсон. — Не делай этого».

Так даже лучше. Шерингем не мнил себя ничьим наследником — ни Уоддла в сборной, ни Кантона в «МЮ», — и не думал кого-то копировать. Но болельщики ждали той же результативности, что у Эрика, а Тедди в четырех матчах ограничился голевым пасом Никки Батту.

Из-за травмы Энди Коула Шерингем в каждом туре играл по 90 минут, но лишь веселил трибуны нелепыми промахами. Он впервые забил почти через месяц после дебюта — как потом выяснилось, выйдя на матч против «Эвертона» с двумя сломанными (тремя днями ранее в Лестере) ребрами.

Сделав счет 2:0, Шерингем подбежал к сидевшему на трибуне сыну Чарли. Тот смутился — он тоже обожал «Тоттенхэм» и все лето твердил, что не променяет его на новый клуб отца.

«Потом он несколько раз побывал на «Олд Траффорд», и, думаю, его покорило, как играли Бекхэм, Гиггз, Скоулз и Батт, — говорил Шерингем своему биографу Мелу Уэббу. — У него была майка «Тоттенхэма» с моей фамилией и десятым номером. Почуяв, что он проникается «Манчестером», я повел его за новой формой. Правда, в клубном магазине «МЮ» Чарли заявил, что хочет майку Бекхэма. Тот был его героем, а я лишь отцом».

Украсив первый круг чемпионата-97/98 еще семью голами, Тедди после Рождества перестал забивать и нарвался на критику Фергюсона. «МЮ» не выиграл ни один из трех турниров того сезона, и агент Барри Невилл посоветовал Шерингему сесть за автобиографию: тридцать два года, карьера гаснет — пора.

«Я шел в величайший клуб страны за трофеями, но кроме бессмысленного Суперкубка у меня ничего нет. Не думаю, что мне удалось убедить болельщиков «МЮ» в том, что достоин знаменитой красной майки.

Сомневаюсь, что даже по товарищи по команде полностью мне доверяют. Но хочу это исправить. Осталось два года контракта, и я уверен, что могу сделать что-то стоящее во благо «Юнайтед», — подчеркнул Тедди в 1998-м.

Водка с соком и новый номер

Кстати, насчет десятого номера. В «Миллуоле» Шерингем играл под девятым, а в двадцать пять лет отверг щедрое предложение «Блэкберна» и, желая вырваться из второй лиги, пришел в «Ноттингем Форест», где «девятку» носил Найджел — сын главного тренера Брайана Клафа.

Пообщавшись с Брайаном, Шерингем понял: о любимом номере нечего и мечтать. «А, Эдвард», — сказал Клаф при встрече. — «Я Тедди, мистер Клаф. Только мама называет меня Эдвардом». — «Правда, сынок? Что ж, рад знакомству, Эдвард».

Дальше — первый тур сезона-91/92 и победа над «Эвертоном» 2:1. Вернувшись в раздевалку, изнуренный жарой Шерингем метнулся к столу с напитками, залпом осушил первый попавшийся стакан и секунд десять не мог дышать. Тедди уважал алкоголь, но не водку же с апельсиновым соком сразу после матча.

«Боюсь, я выпил ваш напиток, босс», — извинился Шерингем перед вошедшим Клафом. — «О чем ты? — изобразил изумление тренер. — Это не мое».

Атакующую доктрину Клаф формулировал просто: «Заберите мяч и отдайте девятому номеру». Тренировками тоже не перегружал: разминка на десять минут, пробежка и короткая игра до первого гола. На просьбу игроков продлить двусторонку Клаф советовал приберечь силы для субботнего матча. Если кто-то протестовал, тренер злился и приказывал расходиться по домам.

Другой тренер клуба Пол Харт сообщил Шерингему, что, играя у Клафа, тайно бегал по ночам, чтоб хоть немного пропотеть. Тедди с детства не терпел беготню, так что не утруждал себя и доверился Клафу. А зимой на полтора месяца забыл про голы.

Брайан все равно ставил его на все матчи. Так упорно, что шокировал самого Шерингема. А потом Тедди наконец забил в Кубке «Хе рефорду» и удивился по-настоящему. На матч чемпионата с «Шеффилдом» Клаф не включил его даже в запас, утешив предложением: «Сынок, посидишь со мной на скамейке?»

За девяносто минут Шерингем узнал о требованиях Клафа к форвардам больше, чем за минувшие полгода, и спустя четыре дня забил три мяча «Кристал Пэласу» в Кубке Лиги. Став лучшим снайпером своей команды в том сезоне, Тедди уехал в «Тоттенхэм».

Защитник «Форреста» Стюарт Пирс считал продажу Шерингема большой ошибкой Клафа, но тот спорил: «Я ошибся лишь в том, что не смог его заменить, — отметил Брайан в своей книге 2002 года «Хождение по воде». — Ему было неуютно в Ноттингеме.

Он расстался со своей девушкой и видел сына лишь по выходным. Она жаловалась в интервью, что не может вернуть ребенка к нормальной жизни после того, как Тедди засыпает его подарками.

Шерингем скучал по Лондону, хотя быстро влился в светскую жизнь Ноттингема. Узнав на сборе в Ирландии об интересе «Тоттенхэма», он сказал моему помощнику Ронни Фентону: «Сегодня у меня нет настроения выходить на поле». Нет ничего хуже футболиста, который не хочет за вас играть. Так что я правильно его продал».

Ссылка в Швецию и вечеринка с младенцем

В этот клуб его влюбил полузащитник Гленн Ходдл. Подростком Тедди пораньше приходил на стадион «Уайт Харт Лейн» и наслаждался трюками Ходдла на разминке, но сам «Тоттенхэму» не подошел.

«Он талантлив, но слишком расслаблен, — сказал отцу Тедди тренер Робби Степни. — Ему не хватает пинка под зад». Пол Шерингем, играя в футбольных турнирах среди полицейских, тоже не больно-то вкалывал и никогда никуда не спешил, поэтому сомневался, что его сын будет другим.

Тедди не пробился и в клубы попроще — «Лейтон Ориент» и «Кристал Пэлас», а в пятнадцать лет услышал от школьного учителя: «Футбол? Забудь. Если бы ты имел шансы, то давно бы попал в серьезный клуб».

Шерингем не сдался и в шестнадцать лет был запеленгован сотрудниками «Миллуола» — скаутом Бобом Пирсоном и тренером Роджером Кроссом. Добираться в клуб приходилось автобусом и тремя поездами, но Тедди не смущало ни это, ни его первая зарплата — двадцать пять фунтов в неделю.

«Никогда об это не говорил, но в шестнадцать лет я пробовал подзаработать и стал кровельщиком, — говорил Шерингем в интервью журналу FourFourTwo. — Помогал приятелю, жившему рядом со мной в Восточном Лондоне, но продержался только один день: разодрал руки и не получил особого удовольствия».

В молодежке «Миллуола» Тедди сотрудничал с Нилом Раддоком, ставшим потом брутальным защитником. «С середины восьмидесятых я не видел более умного и зрелого двадцатилетнего футболиста, чем Шерингем», — написал Раддок в автобиографии 2020 года. Как же Тедди завидовал, когда главный тренер Джордж Грэм объявил о продаже Нила в «Тоттенхэм» за пятьдесят тысяч фунтов!

***