Маркао: «Педро рановато уехал из Бразилии. Но, похоже, он счастлив в «Зените»

• Эта статья в архиве

Этот бразилец на рубеже веков провел за «Спартак» всего 24 официальных матча.

Зато несомненно вошел в историю клуба, в первую очередь благодаря двум забитым мячам в ворота «Арсенала» в Лиге чемпионов в памятном матче в Лужниках.

В сегодняшнем интервью Bobsoccer.ru 50-летний Маркао рассказывает о своей нынешней жизни, вспоминает «Спартак» Романцева и дает оценку зенитовским бразильцам.

- Я всегда с удовольствием вспоминаю время, проведенное в «Спартаке», в России. Этот период был довольно коротким, около полутора лет, но впечатляющим. Он до сих пор греет мне душу, - признается Маркао.

Счастлив, что спартаковские болельщики не забывают меня, хотя прошло уже столько лет. Могу лишь сказать, что эти симпатии взаимные и что «Спартак» по-прежнему в моем сердце. Тепло, с которым меня встретили в России, с которым ко мне относились не только в команде – повсюду, непередаваемое чувство. Это удивительно: выходишь на улицу, скажем, где-нибудь в Сокольниках, - и к тебе подходят незнакомые люди, узнают, подбадривают, просят сделать совместное фото. Как вчера было…

- Можно ли назвать голы в ворота лондонского «Арсенала» и лиссабонского «Спортинга» в Лиге чемпионов самыми важными в вашей карьере?

- Пожалуй, да. Я забивал и в Бразилии, и в России, и в Уругвае, и в Германии, и в Швейцарии, но Лига чемпионов - это, действительно, что-то особенное. Полные трибуны, высокий накал игры, статусные соперники – все это придавало необычайное значение таким матчам.

Как забыть, к примеру, матч с «Арсеналом» в Лужниках в мороз в конце 2000 года?! Англичане сразу же повели в счете, но потом я забил два мяча, и мы в итоге довели дело до разгрома – 4:1. После этой игры болельщики были готовы нас на руках носить.

- Что дал вам «Спартак» в жизни?

- Много чего. В первую очередь имя в футболе. После России я играл в бундеслиге за «Санкт-Паули», потом в Швейцарии – и там меня уже знали, прежде всего, по выступлениям за «Спартак» в Лиге чемпионов.

- Вы кого-то помните поименно из того состава «Спартака»?

- Ох, непростая задача! (Смеется.) Русские имена и фамилии мне всегда давались с трудом, даже тогда, когда я играл в России. По лицам помню почти всех, а вот по фамилиям…

Могу назвать разве что Титова. Он тогда был одним из лидеров на поле и в раздевалке. Ну, и фамилия, в отличие от многих других, у него короткая – поэтому, наверное, и запомнил.

- Вы поддерживаете связь со своим соотечественником и бывшим партнером по команде Робсоном?

- Видимся крайне редко, в основном созваниваемся или переписываемся в мессенджерах. Мы живем довольно далеко друг от друга – он в Сан-Паулу, я в городе Андира на севере штата Парана. В прошлом году Робсон прилетал в наши края на встречу с бывшими одноклубниками из команды, где мы оба начинали, но я был в отъезде со своей нынешней детской командой, и увидеться, к большому сожалению, нам так и не удалось.

Жаль, очень скучаю по нему, нам точно было бы, о чем поболтать.

- Следите за чемпионатом России, за «Спартаком»?

- По телевидению - нет, трансляций у нас практически не бывает. А вот в интернете, в социальных сетях, конечно, слежу. Так что в курсе новостей о моей бывшей команде.

- Значит, вам известна неприглядная история Квинси Промеса. Что о ней думаете?

- Вот так, на большом расстоянии, трудно о ней судить. Из того, что пишут, как понять, что в этой истории правда и что неправда? Если Промес действительно совершил какие-то противоправные поступки или даже преступления у себя на родине, то он безусловно должен за них ответить. И тут не важно, известный он спортсмен или простой обыватель. Если суд вынесет ему наказание, то будет обязан его понести. Какое бы ни было – заключение или что-то еще.

- Чисто гипотетически вы можете представить себя на месте Промеса?

- Честно? Нет. Я всегда стараюсь поступать по совести, вести себя правильно. При этом прекрасно отдаю себе отчет в том, что любому человеку свойственно ошибаться, что все мы грешны, у всех есть недостатки. Но я, повторяю, стремлюсь жить так, чтобы не было ни малейшего риска попасть за решетку.

Надеюсь, Промес извлечет правильный урок из ошибок, которые он допустил (если на самом деле допустил), сумеет вернуться на футбольное поле и еще принесет пользу «Спартаку».

- Чем вы теперь занимаетесь?

- Я возглавляю спортивный департамент в мэрии небольшого городка Андира, где родился и до сих пор живу. А еще работаю тренером в детской футбольной школе. У нас занимаются ребятишки в возрасте от четырех до 17 лет.

Не представляю своей жизни без футбола, поэтому и пошел тренировать детей. Кто знает, может, кто-то из них со временем станет профессиональным футболистом, повторит или превзойдет мои достижения или тоже попадет в «Спартак». (Смеется.)

- В семье без изменений?

- У меня уже несколько лет второй брак. Жену зовут Анжела Вероника, сына – Лоренсо Габриэл. Еще есть две дочки от первого брака. Я очень люблю свою семью, стараюсь как можно больше времени проводить с ней. Иногда получается, иногда нет.

- А в свободное время чем балуете себя?

- Как и многим в Бразилии, мне нравится собирать друзей, общаться, веселиться, жарить мясо на природе, попить пивка. Место не имеет значения – у нас, у родственников, у знакомых. Главное, быть вместе.

- Обратно в Россию не тянет?

- Тянет – и еще как! В прошлом году была такая возможность – меня приглашали принять участие в матче памяти Ильи Цымбаларя, я уже начал было оформлять документы, но потом что-то не сложилось. Робсон полетел в Москву, а я нет.

Был бы счастлив снова попасть в Россию, пообщаться со спартаковскими болельщиками, со всеми, кто меня еще помнит.

Было бы просто супер вновь провести несколько дней в тех местах, где я был счастлив 20 с лишним лет назад.

- В «Спартаке» теперь нет ни одного бразильца, зато в «Зените» их почти десяток. Не многовато, на ваш взгляд?

- Да, «Зенит» по сути стал бразильским клубом. (Вновь смеется.) С одной стороны, приятно, что среди моих соотечественников в Санкт-Петербурге есть совсем молодые, перспективные ребята, к примеру, Педро и Мантуан. С другой, не считаю рациональным для юных футболистов рано уезжать из Бразилии за границу. Им бы сначала окрепнуть на родине, набить шишек, набраться опыта – и игрового, и житейского.

Впрочем, понять их можно. Многие, большинство бразильских клубов переживают финансовые трудности, не способны платить большие деньги. Поэтому одаренные футболисты, как только получают хорошие предложения из-за рубежа, тут же пакуют чемоданы и, не задумываясь, летят в Европу, в Азию, в Мексику. Ведь такая возможность редко кому выпадает в карьере. Да и наши клубы тоже заинтересованы в таких трансферах, опять же с финансовой точки зрения. Получается, такая практика выгодна всем.

- Кого бы из зенитовских бразильцев вы бы выделили особо?

- Я с детства болею за «Коринтианс», поэтому мне ближе те ребята, которые до «Зенита» играли именно за эту команду, - Клаудиньо, Педро, Мантуан. Все трое были заметными фигурами еще в Бразилии, хотя тот же Клаудиньо по-настоящему заблистал, уже перейдя в «Брагантино».

Откровенно говоря, мне было немного обидно, когда Педро и Мантуан променяли «Коринтианс» на «Зенит», потому что со временем оба могли принести большую пользу моему любимому клубу. Но, похоже, и тот, и другой довольны своей жизнью в России, а значит, поступили правильно.

Клаудиньо, насколько мне известно, перед отъездом выбирал между «Зенитом» и «Фламенго». Предпочел первый вариант. По всей видимости, по финансовым соображениям. И думаю, вряд ли об этом теперь жалеет.


Фото: Ольга Торопова, bobsoccer.ru