Жозе Бото превышает потолок, установленный президентом клуба, а переговоры по Луису Энрике в «Фламенго» зашли в тупик - Globo

Бразильский клуб предложил россиянам 35 миллионов евро, но не смог завершить сделку после вмешательства президента, который подтвердил ограничение в 25 миллионов евро на инвестиции в это трансферное окно.

Переговоры между «Фламенго» и «Зенитом» по Луису Энрике зашли в тупик. После того, как клубы достигли прогресса в финансовом вопросе, и игрок дал согласие на интерес со стороны «Фламенго», новое препятствие помешало сделке продвинуться вперед из-за бюджетных проблем.

Предложение « Фламенго » предусматривало фиксированную сумму в 30 миллионов евро (177 миллионов реалов) плюс 5 миллионов евро (29 миллионов реалов) в виде бонусов. Такую сделку согласовал футбольный директор Жозе Бото.

Однако позже президент Луис Эдуардо Баптиста, известный как Бап, заблокировал сделку, заявив, что не может выделить больше денег, чем предлагал Тьяго Альмада во время переговоров с «Атлетико Мадрид» — от 20 до 25 миллионов евро (приблизительно 147 миллионов реалов).

Стоит помнить, что «Фламенго» не оформлял предложение в письменном виде; они лишь отправили его в «Зенит» для достижения соглашения. Официальная документация оформляется только после того, как обе стороны достигнут согласия.

Российский клуб дал понять о готовности смягчить сроки выплат, достигнув запрошенного «Фламенго» трехлетнего срока . Однако сумма, составляющая приблизительно 35 миллионов евро, остается неизменной.

Ещё одной проблемой в переговорах стало большое количество участников — двое со стороны «Фламенго » , плюс ещё два посредника. В этой ситуации Бап перекрыл поток информации и запретил «Бото» завершать сделку на суммы, не оговоренные ранее в финансовом бюджете.

«Фламенго» всегда проявлял интерес, но активность на рынке усилилась после того, как «Ботафого» обратился к «Зениту» с предложением Данило. После этого шага к нему присоединился не один бразильский клуб. Российский клуб с самого начала проявил готовность к переговорам, даже за высокие суммы, и Луис Энрике сразу же согласился, что способствовало прогрессу.