Тренер ЦСКА Бабаян: «До игры с «Астаной» никто не знал о том, что я ухожу из «Тобола»

• Эта статья в архиве

Ассистент главного тренера ЦСКА Григорий Бабаян в интервью рассказал о своем назначении в московский клуб.

– Я уже не раз говорил, что на протяжении всей своей тренерской карьеры регулярно стараюсь выезжать на стажировки, при этом посещая разные страны. В России я не был очень давно – то ли с 2008, то ли с 2009 года, когда приезжал в «Рубин» Курбана Бердыева. Потом был, в основном, в европейских командах – «Севилье», «Бетисе», «Лацио», «Аяксе», «Фейеноорде». В российский клуб мне с тех пор все никак не удавалось попасть, почему-то не пропускали.

Но так вышло, что в январе 2021 года я получил добро на недельный сбор московского ЦСКА в Кампоаморе. Это было наше знакомство – я жил там вместе с командой, присутствовал на всех тренировках, теоретических занятиях, мог задавать любые вопросы тренерскому штабу. В общем, активно участвовал в подготовке команды к возобновлению сезона.

После этого я уехал обратно в Костанай, но перед этим я набросал конспекты по тому, что увидел, изложил плюсы и минусы, которые увидел. Потом спокойно работал в «Тоболе» до лета.

А буквально за три дня до матча против «Астаны» (13 июня) мне позвонили из футбольного клуба ЦСКА. Там был срочно нужен ассистент главного тренера. Возможно, им понравилась моя философия, что я не постеснялся указать минусы в своем отчете. Спросили, есть ли у меня желание поработать в ЦСКА? Я был в шоке, если честно.

– И вы сразу дали согласие?

– Не поверите, но согласился я не сразу, так как у меня был действующий контракт с «Тоболом», и мы хорошо шли по дистанции – впервые в истории выиграли Суперкубок Казахстана, боролись за чемпионство, развивали клуб в европейском направлении.

– И когда вы решили, что едете в ЦСКА?

– Всего за сутки до матча с «Астаной». Разумеется, я до игры все держал в тайне, чтобы это известие не повлияло на настрой перед встречей с прямым конкурентом. Я не хотел свое внутреннее состояние передавать команде, до игры никто не знал о том, что я ухожу – ни мои помощники, ни футболисты, вообще никто.

Но как только матч закончился, я зашел в раздевалку и честно поговорил с ребятами. Было очень тяжело.