«Бесков закуривал и трепал мою собачку по кличке Тайсон». Умер легендарный массажист ЦСКА, накопивший миллион уютных историй

• Эта статья в архиве

Михаилу Насибову было 67 лет.

***

– «С кем из тренеров сборной было тяжелее всего? Ни с кем. Честно. Я вырос в семье спортсмена, тренера – и строгостью меня не удивишь. Со всеми находил общий язык. К примеру, пугали меня Бесковым. Он, мол, жесткий, вредный, просто демон. А впечатления у меня о Константине Ивановиче – чудесные. Даже по фамилии ни разу не назвал! Только Миша или Мишенька.

В добром расположении духа Бесков предпочитал сигары. В 1994-м он работал в московском «Динамо». А я в Новогорске дачу снимал – и, гуляя с собакой, временами заворачивал к концу тренировки. Угощал сигарками, которые мне с Кубы привозил товарищ. Бесков закуривал, трепал мою собачку по кличке Тайсон. Керри-блю-терьер.

После того как «Динамо» выиграло Кубок России, прихожу на базу. Футболисты на поле. Бесков машет рукой: «Иди сюда с Тайсоном». Спрашивает: «Что твой пес умеет?» Говорю: «Тайсон, покажи, как ребята победу отпраздновали?» Пес на спину улегся и начал покачиваться. Бесков улыбнулся: «Точно! Именно так и отметили!»

Любил шутить. Выдал за шейха форварда «Кайрата»

– «В Кувейте тоже было забавно. 1980 год, прилетели с молодежкой, которую возглавлял Валентин Николаев. Ассистировали ему Юрий Кабан с Алексеем Парамоновым. Переводчиком взяли журналиста Геннадия Радчука. Сидят в гостинице и ждут второй час шейха, с которым должны договориться о товарищеском матче. Тот опаздывает.

И я решил выдать за шейха Евстафия Пехлеваниди (форвард, легенда «Кайрата»). Ему тогда лет 20 было, зато усы носил, небритый. Облачил Стасика в простыню, заколол булавкой. На голову натянул белую майку, а сверху шлангом от насоса обмотал. Получился черный ободок. Типичный араб. Подвел его к двери: «Главное, не ржать!» Захожу в номер к Николаеву, тот с Кабаном в шахматы играет. «Валентин Александрович, шейх пожаловал». Они вскочили, замерли по стойке смирно, велели позвать Радчука. Тот принялся расспрашивать по-английски. Стасик брови сдвинул, глаза выпучил, усами шевелит…

А Парамонов в стороне стоял. Смотрел-смотрел – и согнулся пополам от хохота. Указал на ноги Пехлеваниди. Мы вроде все учли – кроме обуви. На Стасике были советские кроссовки. По ним вычислил, что не шейх.

Уважал и восхищался Василием Березуцким и Аршавиным

– «Вася Березуцкий – парень раскрепощенный. Были они с братом в программе Урганта, который поинтересовался: «Как вас различать-то?» Василий ответил: «Кто красивее – тот Вася». При этом характер у него железный. Последний матч против «Крыльев» отыграл, несмотря на сильнейшую простуду. Все тренеры сборной – от Хиддинка до Капелло – отмечали надежность игроков ЦСКА: «Настоящие воины!»

Кстати, был бы я на месте Аршавина во время той беседы в холле варшавской гостиницы, – применил бы физическую силу. Я стоял неподалеку, все слышал. Андрей обратился к этому нетрезвому депутату на «вы» – и получилось, будто имеет в виду всех вокруг: «Это ваши проблемы». А мы что, не хотели выйти из группы?!

Аршавин – отличный человек! Один из лучших капитанов на моей памяти. Порядочный, к персоналу относится внимательно. Всегда за нас заступится. По-моему, люди к Аршавину несправедливы».


Согласовано с модератором.