«И это ваша раздевалка? Шутите?» Монолог Мостового – как сделать революцию в «Сельте» не только на поле

• Эта статья в архиве

Легенда Виго вспоминает переезд в Испанию.

Прилетев в Испанию, мы с переводчицей пошли в ресторан на встречу с руководством. Все было очень мило: общались, шутили, обсуждали город и команду. На завтра была запланирована презентация, зашла речь про контракт – попросили подписать. Вдруг мы видим, что сумма не та, о которой договорились устно. Хорошо, что мы это заметили, а то атмосфера совсем не располагала ко внимательности.

Затем была сцена как из фильма. Мы смеемся и сквозь улыбку говорим: «Подождите, тут же другая сумма». Они тоже улыбаются и отвечают: «Да ладно, завтра же презентация, все обсудим и потом в офисе переподпишем». Тогда-то я понял, что значит la Manana по-испански – аналог нашего «давайте завтра». На эмоциях мы вскочили с мест и уехали в гостиницу, сказали, что утром улетаем обратно в Страсбур. Но когда вернулись в гостиницу, они позвонили и убедили, что привезли новые документы.

Мы вернулись. Обнялись. Пожали руки.

На следующий день в 12 часов была презентация, говорили, что это самый крупный трансфер клуба на тот момент.

Здесь нужно сделать паузу и повторить: я вообще ничего не знал про «Сельту». Поэтому когда через несколько дней нас привезли на базу, я был шокирован – никогда не видел таких ужасных условий. Представьте себе раздевалку. А теперь представьте барак. Так вот, у нас была не раздевалка, а настоящий барак. Когда меня туда завели и сказали, что здесь переодеваются, я посмотрел на деревянные лавки с крючками и обомлел: что? Команда главной лиги Испании переодевается здесь? Вы шутите, да? В душ ходили по двое, остальные занимали очередь.

Я очень разозлился. В первый год постоянно протестовал, у нас были конфликты и с партнерами, и с руководством. Я играл в «Сельте» на высоком уровне и считал, что имею право на слово. Убеждал: если вы хотите конкурировать с лучшими, а не болтаться во второй части таблицы, нужно меняться, создавать условия для футболистов. Правда, игроки тоже удивляли, они будто не понимали, что футбол – это не просто пинание мяча друг другу или песни в автобусе. Когда команда проигрывает 0:3, ты не должен веселиться, возвращаясь с матча. Ты должен плакать, а не петь песни.

В матче с хихонским «Спортингом» я не выдержал: наших защитников возил какой-то 16-летний паренек, играли настолько глупо, что я психанул и ушел с поля. Но оказалось, что у команды закончились замены. Все же доиграл матч стоя – клуб отстранил от тренировок и оштрафовал. Болельщики оскорбляли: да кто он вообще такой?

Период был тяжелейший. Я жил за городом, как-то вернулся домой, а белые ворота были в черной краске, рядом надпись: «Заткнись и играй в футбол». Потом уже, когда болельщики поняли, что я прав, у дома остановились несколько автобусов, и фанаты просили прощения. Говорили, что очень благодарны: да, вот так нужно относиться к делу. Они поняли, что я не капризничаю, а просто хочу, чтобы команда играла в футбол. И, конечно, сами отмыли ворота.

Изменения начались, когда пришли тренер Хавьер Ирурета и Валера Карпин. Мы вместе убеждали руководство, что тренировки на убогом поле не приведут к прогрессу. И добились своего. В 1998-м отремонтировали базу, у команды наконец-то появился личный, а не арендованный автобус.

Тогда-то начали всех выносить, играть в еврокубках.


Согласованно с модератором.