Чемпион СССР Николай Воробьев об Акимове и работе «Зенита» с молодыми игроками

Важно знать.

Специально для bobsoccer.ru чемпион Советского Союза 1984-го года в составе «Зенита» Николай Васильевич Воробьев вспоминает Дмитрия Акимова, рассказывает о начале карьеры Максима Астафьева и рассуждает о современном «Зените».


Фото ФК "Зенит".

Дима был хорошим человеком с непростым характером

- Печальная новость пришла в конце недели – скончался ваш подопечный Дмитрий Акимов. У бронзового призера чемпионата России 2001-го года в составе «Зенита» сложная судьба, но мне он запомнился жизнерадостным человеком и выступавшим на высоком уровне футболистом.
- Дима действительно был хорошим человеком. Увы, с определенными проблемами в области психологии.

- Отсюда, видимо, и отсутствие стабильности?
- Да. У Димы случались перепады в настроении, что не в лучшую сторону сказывалось на его игре.

- Как началось ваше сотрудничество?
- С просьбой посмотреть Акимова к нам со Станиславом Яковлевич Беликовым, с которым мы работали в училище олимпийского резерва номер 1, обратился тренер «Смены» Юрий Иосифович Кантор. Дима был одаренным по многим направлениям игрок, но в какой-то степени упрямым и своенравным. Шесть дней в неделю он тренировался у нас, а по воскресеньям выступал за «Смену». Через пару месяцев стал проявляться непростой, строптивый характер Димы, однако мы смогли найти к нему подход, да и он сам уходить из УОР не хотел. Акимов стал стремительно прибавлять в развитии, Беликов порекомендовал его тренеру сборной России позднего 1980-го – раннего 1981-го годов рождения, в феврале он поехал на первый сбор, а уже в марте играл в основном составе команды, участвовавшей в отборочном цикле чемпионата Европы. Дима отучился у нас два года, а затем подписал контракт с «Зенитом».

- Что было дальше?
- Второй период мы провели вместе в Тюмени. В «Зените» у Димы не заладилось, он сначала уехал в Минск, затем вернулся в Санкт-Петербург, однако «Зенит» по-прежнему заинтересованности в нем не проявлял. Мы встретились, обсудили ситуацию, я пообщался с его мамой и договорился с «Зенитом» о том, чтобы его за небольшую арендную плату отпустили в Тюмень. Для нас это был серьезный шаг, возможностей для того, чтобы приобрести нападающего высшей лиги, у тюменского клуба не было, однако мне пошли навстречу в «Зените». Так Дима в начале января 2002-го года уехал со мной. Но потом возникли сложности с финансированием, мы с трудом заканчивали сезон, бывали случаи, когда мы не знали, поедем ли на очередной выезд, найдем ли средства на зарплаты и на питание.

- Как выживали?
- Несмотря на сложнейшую ситуацию, местные, приезжие и питерские ребята - Акимов, Егунов, Худогов - проявили порядочность, мужской характер и играли до конца, причем Акимов стал лучшим бомбардиром турнира. Димой очень интересовался тренер прилично выступавшего в премьер-лиге «Шинника» Александр Побегалов, однако после окончания аренды «Зенит» решил вернуть нападающего в Санкт-Петербург. Так Акимов начал подготовку к сезону в главной команде под руководством Властимила Петржелы.

- Почему, на ваш взгляд, при всем своем таланте Акимову не удалось надолго закрепиться в премьер-лиге?
- Ну, почему, Дима неплохо играл в «Ростове». И, опять же, футболиста оценивают не только по физическим и техническим качествам, но и по характеру. Мотивация, психология – важнейшие компоненты для любого профессионала. Дима был быстрым, техничным нападающим, но, повторюсь, перепады в настроении сказывались на его игре, он был способен показать очень хороший футбол, а мог уйти в тень. Любой же тренер ориентируется на тех футболистов, которые показывают стабильные результаты.

Астафьев, Коноплев, Лобов, Макаров, Игонин тоже учились в УОР

- О смерти Акимова мне рассказал Максим Астафьев, под вашим патронажем проделавший путь из «Ижорца» до высшей лиги.
- Училище олимпийского резерва давало возможность ребятам стать профессиональными футболистами. Мы предъявляли принципиально другие требования, нежели в городских командах, и на ином уровне строили тренировочный процесс. Не надо забывать, что в девяностые годы детским тренерам не платили зарплату, во многих клубах в лучшем случае выделяли один мяч на команду. У нас же в УОР для четырнадцатилетних ребят были созданы относительно неплохие условия для развития. Каждое воскресенье я ездил на игры первенства Ленинграда и отсматривал одаренных ребят как в первой, так и во второй группе, вот так на одном из матчей «Ижорца» 1982-го года рождения – слабого, кстати, коллектива - я и обратил внимание на Астафьева. В УОР оказалось свободным одно место, в воскресенье, 1-го сентября, на стадионе «Динамо» я приметил совсем маленького мальчика. Проявить себя Максиму среди физически более сильных ребят было сложно, однако я обратил внимание на его скорость и мышление. Техническая оснащенность у Астафьева была на невысоком уровне, однако я все же решил поговорить с ним. Спросил разрешение у тренера «Ижорца», отправились к раздевалке, но Максим уже убежал со стадиона. Вечером я позвонил маме, меня переадресовали бабушке, там и состоялся решающий разговор, после которого в понедельник, 2-го сентября, Астафьев с мамой приехал в интернат.

- Хотите попробовать стать профессиональным футболистом? – спросил я.
- Хотим.

- Согласны с нашими требованиями и готовы к большим трудностям?
- Да.

- Тогда пишите заявление.

Со следующего дня Астафьев стал учиться в интернате, прошел с нами весь трехгодичный цикл обучения. Кстати, в УОР учились приехавший из Моршанска Тамбовской области Александр Макаров, Константин Лобов из «Ижорца», Константин Копоплев из «Московской заставы», а так же Алексей Игонин.

Проблем много

- Что скажете о современном «Зените»?
- К сожалению, команда играет медленно.

- Почему, на ваш взгляд, в основном составе «Зените» больше двадцати лет нет воспитанников «Смены» и Академии, селекционеры которой просматривают юных футболистов по всей стране? Неужели ни в регионах, ни в нашем многомиллионном городе нет одаренных ребят?
- Можно предположить, что работа с молодыми игроками на определенных этапах ведется неправильно. Проблем много, но это тема для отдельного разговора.