Бывший главный тренер ЦСКА Александр Тарханов в разговоре с Legalbet сравнил нападающего петербургского «Зенита» Александра Соболева с форвардом армейцев Тамерланом Мусаевым.
«Конечно, Мусаев больше нравится по этому сезону, чем Соболев, потому что получает больше игровой практики. Мусаев приносит больше пользы своей команде, забивает хоть и не так часто, но больше Соболева. Но не скажу, что Мусаев сильнее Соболева. Александр в «Спартаке» был сильнее, а в «Зените» он пока конкуренцию не выдерживает. Это форварды примерно одинакового уровня. Но по потенциалу Соболев посильнее Мусаева, всё-таки практики в РПЛ у него побольше», — заявил Тарханов.
В нынешнем сезоне 28-летний Соболев провёл 26 матчей во всех турнирах, забил четыре мяча и отдал две голевые передачи.
23-летний Мусаев отыграл за ЦСКА 35 матчей в текущем сезоне, забил девять мячей и сделал пять голевых передач.
Футбольный эксперт Александр Бубнов высказался о покинувшем ЦСКА Фабио ...
Болельщик ЦСКА, юморист Михаил Грушевский заявил «Матч ТВ», что исполняющий ...
Известный отечественный тренер Юрий Сёмин назвал фаворита в матче финала Пути ...
Агент Александр Клюев, представляющий Алексея Сутормина, рассказал о ...
Полузащитник «Зенита» Вадим Шилов приступил к финальному этапу восстановления ...
Главный тренер «Спартака» Хуан Карлос Карседо высказался о текущей форме ...
Главный тренер «Наполи» Антонио Конте в ближайшее время проведет встречу с ...
В предыдущий раз «Зенит» гостил на армейской арене в прошлом мае.
Они были неизбежны.
Неделя "Зенита".
Фабио Челестини покидает ПФК ЦСКА, сообщает пресс-служба клуба.
Михаил Галактионов провёл переговоры с ЦСКА и близок к назначению главным ...
Объявлены претенденты на звание тренера месяца РПЛ в апреле
Грушевский: «Настанет момент, когда Игдисамов станет главным тренером ЦСКА без приставки и. о.»
СМИ: Конте может покинуть «Наполи» из‑за разногласий с руководством
Гришин — о смене тренера ЦСКА перед дерби: «Лучше Игдисамов не сделает, может только помешать. Но хорошо, что команду встряхнули»
Бубнов: Мостовой говорил мне, что Челестини — никто