Бывший полузащитник московского ЦСКА и сборной России Роман Широков оценил возможный переход 34-летнего экс-хавбека «Ювентуса» и «Барселоны» Миралема Пьянича в состав «красно-синих».
«У меня нет телевизора в будущее, поэтому не могу сказать, усиление ли нынешний Пьянич для ЦСКА. Когда он будет выступать в Москве, тогда и будем оценивать. Его слова про матч Боснии против России? Я думаю, что руководство ЦСКА, подписывая игрока, оценивает любые риски. В клубе работают профессионалы, и, наверно, они брали это в расчет», — сказал Широков Metaratings.ru.
За карьеру Пьянич, который является воспитанником французского «Меца», выступал также в «Лионе», «Роме», «Барселоне», «Ювентусе», «Бешикташе» и «Шардже» из ОАЭ, которая стала последним клубом боснийца.
25 сентября Пьянич прилетел в Москву для завершения перехода в ЦСКА и в комментарии «Чемпионату» обратился к болельщикам армейского клуба. По информации «СЭ», футболист прошёл медобследование и согласовал с ЦСКА контракт по схеме «1+1».
Вратарь "ПСЖ" Матвей Сафонов высказался о победе парижан над "Челси" в ответном ...
Бывший защитник ЦСКА Иван Таранов поделился мнением о результатах армейцев в ...
Двукратный чемпион России в составе «Рубина» Алексей Попов высказался о ...
Бывший арбитр Мир Российской Премьер-Лиги Игорь Федотов оценил решение судьи ...
Экспертно-судейская комиссия поддержала решение судьи Сергея Карасева не ...
Руководитель департамента судейства и инспектирования Российского ...
Директор департамента судейства и инспектирования РФС Милорад Мажич заявил, что ...
Армейцы потерпели разгромное поражение в Краснодаре.
Армейцы уступили «Динамо».
Разбираться в причинах неудач лучше на холодную голову.
Армейцы потерпели четвертое поражение кряду в РПЛ.
Черная суббота.
"Зенит" - "Динамо" Махачкала. Смотрим и обсуждаем
"Спартак" - "Динамо" Москва. Смотрим и обсуждаем
Арбитр Федотов отреагировал на пенальти в пользу «Зенита» в матче с «Динамо» Махачкала
Джон Кордоба: Я никоим образом не похож на Винисиуса
ЭСК поддержала решение Карасева не удалять Вендела за удар Зобнина: «Не было грубости, большой жесткости»