Акинфеев: «Все, чего я удостоился, завершив карьеру в сборной — это 16-секундный ролик на табло»

Вратарь, капитан и легенда ЦСКА Игорь Акинфеев в своей автобиографической книге, которая появилась в продаже 6 ноября, в числе прочего высказался об уходе из сборной России после домашнего чемпионата мира 2018 года.

Напомним, что на ЧМ-2018 российские футболисты дошли до четвертьфинала.

«После чемпионата мира я точно знал, что ухожу из сборной. Мои 15 лет в составе национальной команды были, как ни крути, хорошей историей. С удачными матчами, с плохими, но все они — мои. Я много думал об этом, прежде чем принять окончательное решение. Понимал ведь, что домашний чемпионат мира станет для меня последним независимо от его результата. О моем решении знала жена, знали родители, люди из близкого окружения — я сказал об этом еще до того, как мы отправились на заключительный сбор в Новогорск.

Кто-то просил еще раз хорошенечко подумать, но если я для себя что-то решил, то уже все, решения не меняю. При этом знал, что сборная все равно должна выстрелить. В моем понимании просто не могло случиться так, чтобы все всегда шло плохо.

Сразу после матча с Хорватией, который мы играли в Сочи, об уходе из сборной объявили Игнашевич, Жирков; правда, чуть позже Черчесов уговорил Юру вернуться и помочь команде на Евро-2020. Сам я встречался с Черчесовым дважды, но объявил ему о своем уходе не сразу после чемпионата мира, а месяц спустя. Хотел, чтобы решение не выглядело следствием эмоций и общей опустошенности.

Сказал тренеру честно, что после стольких лет, проведенных в сборной команде, начиная с детской и молодежной, меня стала сильно угнетать необходимость постоянно куда-то ездить, сидеть вместе с командой на сборах.

Конечно же, я понимал, что при той форме, в которой тогда находился, и при моем опыте мог бы играть за сборную еще много лет, продолжая бить всяческие рекорды. Но гораздо сильнее мне хотелось больше бывать дома, тем более что у нас с Катей к тому времени было уже двое детей.

Как ни крути, уход стал для меня большим моральным облегчением, это честно. Если бы я играл за национальную сборную один-два года максимум — это была бы одна история. А когда ты играешь 15 лет без передыха, без выходных, все твое время, свободное от тренировок и игр, занимают тренажерные залы, перелеты, автобусы и ты непрерывно думаешь о предстоящих матчах, — это выматывает. И усталость никуда не девается с годами — ей свойственно лишь накапливаться.

За все последующие годы у меня ни разу не возникло сомнений в том, что я сделал правильный выбор. Тем более что понимал: больших турниров в ближайшее время у нас уже не будет, да и команды такой — тоже.

Если рассуждать объективно, чемпионат мира — 2018 был пиком национальной сборной на тот момент и пиковым моментом меня как игрока этой сборной. Тот же Игнашевич собирался заканчивать карьеру в том сезоне, другие игроки, знаю, тоже задумывались о завершении игрового пути, им на смену подбиралась уже совсем другая команда. Но мое решение не зависело от этих перестановок или каких-то чужих планов. Я знал: если делаю какой-то выбор, он будет окончательным. За меня никто не может решить, как распоряжаться собственной жизнью.

В приватных беседах некоторые из моих знакомых пытались мне объяснить, что, на их взгляд, я сильно поторопился со своим решением. Но я эти разговоры пресекал. Сразу сказал: давайте каждый будет заниматься своим делом. Я же не рассказываю вам, как зарабатывать деньги бизнесом или чем-то еще?

Понятно, что у болельщиков, а возможно, и у кого-то из российского футбольного руководства мое решение завершить карьеру в национальной команде вызвало большое разочарование. Но чужие эмоции в тот момент не сильно меня интересовали. В конце концов, когда меня официально провожали из сборной, все, чего я удостоился, — это 16-секундный ролик, прокрученный на табло. Получается, 15 лет моей профессиональной жизни были столь незначительны, что уместились в 16 секунд?

Как ни странно, я тогда даже не обиделся. Да и на кого было обижаться? На чиновников, которые приходят и уходят, не оставляя после себя вообще ничего, о чем можно было бы вспомнить? И лишний раз подумал о том, что сделал очень правильный выбор», — написал Акинфеев.