"За 5 лет в Марселе ни разу сам не оплачивал счет в ресторане". Интервью Шарля Каборе

• Эта статья в архиве

Полузащитник «Краснодара» Шарль Каборе рассказал о том, как спасал семью, стараясь выбиться в футбол, о марсельских фанатах и жизни в России.

«Я не жесткий игрок»



– Где отдыхали в зимний перерыв?



– У себя дома в Ницце, там же отмечал Новый год. Плюс летал с семьей в Буркина-Фасо, – говорит Каборе.



– Как оцените первую часть сезона для себя лично?



– Концовка получилась хорошей, чувствовал себя лучше. Все-таки в начале сезона был не до конца готов физически, потому что не все сборы прошел вместе с командой. Но в итоге принял участие во многих победах «Краснодара». Это радует.



– Какая цель на весну?



– Еврокубки. Конечно, хотелось бы попасть в Лигу чемпионов.



– Волновались, что Смолов мог покинуть «Краснодар» зимой?



– Мы рады, что он остался. Это лидер нашей атаки, лучший бомбардир двух последних чемпионатов России.



– «Краснодар» проиграл пять из пяти матчей против топ-команд. Почему?



– Не забывайте, что соперники играют против нас с особенным настроем, стараются показать себя. В прошлом и позапрошлом годах мы эти команды обыгрывали, да, в этом сезоне пока по-другому, но, думаю, в тройку попасть можем. И взять реванш у тех, кому проиграли в первом круге – тоже. Важно также обыграть более слабые команды. За то время, что выступал в «Марселе», понял следующее: чтобы стать лидером чемпионата, надо обязательно побеждать клубы из второй части таблицы. Тогда поражение от конкурента не так страшно.



– «Краснодар» почти всегда играет в одном стиле. Не думаете, что соперники начинают привыкать?



– Приятно, что нас уже узнают по стилю игры. Но мы, футболисты, только выполняем тренерские установки. Как играть – решает тренер.



– Но что важнее: философия или результат?



– Для нас главное – философия. Передачи в касание, прессинг на чужой половине поля, быстрый выход из обороны. Естественно, мы обязаны показывать хороший результат, потому что «Краснодар» – топ-клуб. Нас будут судить по набранным очкам, а не по впечатлению от игры. Поэтому в идеале нужно и то, и то.



– Самая яркая игра сезона для «Краснодара» – это победа над «Ахматом» после 0:2. Как Шалимову удалось встряхнуть команду?



– Начнем с того, что очень помогли болельщики. Они подняли нам настрой. А тренер был прям: «Мы должны показать свое настоящее лицо ради тех, кто пришел болеть за нас! Идите и продемонстрируйте все, на что способны». Нам повезло, что мы забили быстрый гол, а потом еще один – и в итоге победили.



– На главного тренера оказывалось большое давление по ходу сезона. Это ощущалось?



– Он оставался самим собой. И что важно: руководство выразило доверие тренеру, это объединило всю команду. Да, был маленький кризис, но мы его преодолели. Вышли едиными из ситуации.



– Вы стали первым игроком, удалившимся в пяти чемпионатах России подряд. Всегда играли жестко?



– В молодости я начинал инсайдом, на позиции под нападающим. Любил возиться с мячом, отдавать передачи, следить за ситуацией на поле. Когда стал взрослее, меня передвинули в опорную зону. Но не могу сказать, что я жесткий футболист. Тут, скорее, дело в инстинктах. Бывают моменты, когда я просто хочу забрать мяч, но получается фол. Это не специально.



«Не против остаться в „Краснодаре“ до конца карьеры»



– Академия «Краснодара» одна из лучших в стране. Уже несколько воспитанников играли за основной состав, забивали. Кто из молодых впечатляет?



– Жигулев, Игнатьев. Но есть и много других талантливых ребят. Работа, которая ведется в Академии «Краснодара», в будущем может быть полезна не только для клуба, но и для всей России.



– Общались с Галицким один на один?



– Да. Он любит футбол, понимает и, что важно, вкладывает свои средства в его развитие. Хочу поблагодарить его за то, что он делает – и для академии, и для «Краснодара». Я играл в «Марселе», это великая команда, которая выиграла Лигу чемпионов, но в плане инфраструктуры она не сравнится с «Краснодаром». В России вообще много позитивных моментов в футболе. Людям надо немного потерпеть после чемпионата мира: когда стадионов станет больше, а инфраструктура еще лучше, Россия должна проявить себя.



– В Буркина-Фасо следят за вашими выступлениями в России?



– Там нет трансляций матчей, но многие следят по новостям в интернете. Еще по окончании сезона регулярно покупаю 100 футболок и потом дарю их друзьям и знакомым в Буркина-Фасо. Поэтому о «Краснодаре» там знают.



– Что чаще всего спрашивают о России?



– «Не холодно ли там?» Объясняю, что во время зимы я уезжаю домой, так как в чемпионате перерыв. А летом в России также тепло, как и в Буркина-Фасо. Очень удивляются этому. Можно еще вспомнить последнюю игру в 2017 году, когда в Перми было минус 18. Все были в шоке. Что делать? Все время двигаться, не останавливаться.



– На последнем Кубке Африки вы попали в символическую сборную турнира, а команда Буркина-Фасо взяла бронзу. Вами интересовались европейские клубы?



– Было очень много предложений, в том числе от команд из Франции, Англии, Испании. Не топ-клубы, но с хорошими условиями и задачами. Но я всем отказал. У меня другая цель – качественно отработать свой контракт в «Краснодаре», который действует еще полтора года. Хочу помочь клубу добиться результата.



– Можете представить, что останетесь в «Краснодаре» до конца карьеры?



– Конечно. Если будет такая возможность, почему нет? Здесь я получаю удовольствие от всего: мне нравится наша игра, а семье комфортно в Краснодаре.



«После поражений в „Марселе“ лучше было не выходить из дома»



– Африканский футбол в России представляется таким: дети играют босиком, мячи делают сами – из чего получится. Все так?



– Сейчас многое отличается от того времени, когда мы начинали. Тогда дети действительно самостоятельно делали мячи из банановых веток. Сейчас такого нет. Где-то вы еще можете найти ребят, играющих босиком, но этого уже гораздо меньше. Условия улучшаются, открываются много футбольных академий. Я сам прошел через одну из таких. Кстати, теперь я купил ее и спонсирую.



– Помогаете месту, где выросли?



– Стараюсь. И не только друзьям, знакомым. Привожу подарки в детские дома, например, организовываю турниры, раздаю еду и деньги бедным. Планирую закупить медицинское оборудование для госпиталя в городе, где я вырос. Если могу помочь, то должен это сделать.



– Когда впервые поняли, что хотите стать профессиональным футболистом?



– После смерти отца. Мне нужно было заработать денег для семьи – у меня пять братьев и сестер. Когда отца не стало, я был самым старшим. У нас принято, что именно старший брат в таких случаях занимается воспитанием всех остальных. Выбора у меня просто не было – только каким-то образом найти способ заработать денег. В академии мне иногда помогали, но случалось так, что оставался без еды, без денег вообще. Как-то нужно было выходить из этой ситуации.



– Как вы попали во Францию?



– Это похоже на кино. Меня заметили на матче сборной против Сенегала, того самого, что обыграл великую Францию на чемпионате мира в 2002 году. Позвали на просмотр в «Либурн» на две недели. Уже через три дня мне сказали: «Оставайся». Это был самый счастливый день в моей жизни! Другим сложно это понять, но тогда я понял, что смогу помогать семье, содержать дом в Буркина-Фасо. А год спустя я подписал контракт с «Марселем» – и всю ночь после этого не спал. Перебирал две сумки с экипировкой, что мне дали. Никак не мог поверить! «Марсель» – самый популярный клуб во Франции, я с детства за него болел. Все мечтают в нем играть. И мне удалось: и в Лиге чемпионов поучаствовал, и выиграл чемпионат Франции.



– Марсель – очень футбольный город.



– О, да. Город живет ради футбола. Представьте, я никогда за пять лет не оплачивал сам счет в ресторане, когда жил в Марселе. Мне просто не давали этого сделать. С другой стороны, если результаты у команды не идут, лучше не выходить из дома. И ездить только на клубной машине. Потому что твою могут закидать камнями. Болельщики будут ждать вас повсюду.



– Вы играли против «Зенита» в Кубке УЕФА, когда Аршавин на последних минутах спас команду от разгрома. Что запомнилось?



– Во Франции тогда Аршавина почти не знали. «Зенит» – знали, да. Первый матч мы очень хорошо провели, поэтому подумали, что второй станет легкой прогулкой. Не ожидали, что «Зенит» так сильно сыграет, плюс погода была очень холодная.



– Аршавин – самый сильной российский футболист?



– У каждого свои качества. Мне нравится Кокорин, Роман Широков – тоже очень сильный был футболист, Мамаев, Смолов, Дзагоев и 17-й номер в ЦСКА… Головин – точно! Дзюба еще. В России много хороших игроков. Аршавин просто показал себя в Англии, а другие пока не выходили на такой уровень, но пусть попробуют! Надо рисковать, уезжать в другие чемпионаты, чтобы проверить на себя.



«Пять лет в России – лучшие в карьере»



– Финансовые проблемы в «Кубани» не разочаровали в российской лиге?



– К счастью, в «Кубани» я в такую ситуацию не попал. Те три года, что я там играл, были супер. Никакого негатива к «Кубани» у меня нет.



– Там вы пересекались с нынешним тренером ЦСКА – Виктором Гончаренко. Чем запомнился?



– Сильный психолог. Постоянно общался с игроками, спрашивал, как дела в семье. Очень нравился такой подход.



– Кучук очень строгий был?



– Нет. Для меня он был, как отец. Может, внешне кажется, что он далек от игроков. Но на самом деле, все наоборот. Он все объясняет, старается понять футболиста. Очень много тактики у него. Казалось, он вообще не спит. Постоянно что-то анализирует.



– В России вы уже пять лет. Главное впечатление?



– Все россияне – патриоты, очень любящие свою страну.



– Часто выбираетесь в город?



– Я домашний человек. Предпочитаю проводить свободное время дома с семьей.



– Вам комфортно в России? Английские СМИ пытаются создать впечатление, что тут бушует расизм.



– Везде есть плохие и хорошие люди. Я расизма в России не заметил – ни в жизни, ни на стадионе. Понятно, что из-за пары случаев нельзя обвинять всю страну.



– Не боялись ехать в Россию?



– У меня было очень много вопросов. Я даже не знал тогда такой клуб – «Кубань». Ну, я рисковал. Но ни о чем не жалею. Все для меня стало сюрпризом здесь, приятным сюрпризом. Я провел пять лучших лет в карьере.



– Почему лучших?



– Потому что было разнообразие. В «Кубани» была и Лига Европы, и сложные ситуации. В «Краснодаре» появились большие командные амбиции, философия. И я получаю удовольствие от игры.