тепло? 


Публикации (46)
24 Мая 2017

Через "Таврию" к звездам

Красно-синяя библиотека
Стадион «Октябрь», ставший уже родным для армейцев, особенно, для юной их части, встречает и своих и «чужих» всегда гостеприимно. Александр Сергеевич Гришин, воспитанник ЦСКА, главный тренер нашей молодежной команды, проводит свой последний матч в этой ипостаси. Именно он сменил в 2010 году на этом посту Юрия Николаевича Аджема, перешедшего на работу в СДЮШОР. С Александром Гришиным мы еще побеседуем на страницах нашей книги, а сейчас я с удовольствием слушаю рассказ капитана ЦСКА начала восьмидесятых.

«Керчь – мой родной город. Простая, рабочая семья. Мои родители, как и многие люди того времени, испытали на себе все ужасы войны и оккупации. У меня до сих пор мурашки по коже бегут, когда я вспоминаю мамины рассказы о страданиях и лишениях нашего народа. Будучи уже взрослым человеком, я узнавал такие подробности жизни детей войны, от которых кровь стыла в жилах.
В керченской команде «Авангард», в группе подготовки при команде мастеров, которая несколько позже поменяла свое название на «Металлург», берет начало мой футбольный путь. Чемпионат Украины, класс В. В городе у нас было два хороших стадиона. Тот, на котором начиналась моя карьера футболиста, вмещал, наверное, тысячи три зрителей, но был всегда битком забит. Второй был более вместительным, с навесами для болельщиков. Дерн для этого стадиона срезали на крымских просторах, поэтому он был сильным, хорошо приживался и не мешал играть. Футбол очень любили в Крыму, народ валом валил на матчи. Свои стадионы болельщик тоже любил, берег и помогал, чем мог, чтобы тот считался вторым домом. Директор нашего стадиона, Родионыч, хороший, добрый и заботливый человек, лично поливал газон из шланга. Как-то раз, во время довольно-таки сильного дождя, увидели мы его со шлангом посреди футбольного поля. Спрашиваем Родионыча, зачем в дождь-то? А он отвечает, чтобы не расслабляться, раз время полива пришло, надо это делать. Одним из лучших полей Союза считалось поле стадиона «Локомотив» в Симферополе. Многие клубы страны с большим удовольствием выбирали «Таврию» в спарринг-партнеры. Особенно, киевское «Динамо». Было очень приятно играть на таком хорошем газоне. Отличный стадион, хорошая команда, прекрасные болельщики, замечательное место.
Для нас, мальчишек, на этом этапе, маяком служила как раз команда «Таврия» из Симферополя. Попасть в неё было верхом мечтаний и желаний. Валентин Борисович Бубукин, старший тренер симферопольцев, обратил на меня внимание, два раза приглашал к нему на просмотр. Однажды, в Крым приехала футбольная команда «Ресинг» из Ливана, не ахти какая сильная, но Бубукин пообещал сказать мне после матча с ливанцами, буду ли я футболистом. Набили шипы на бутсы и отправили в бой. По окончании игры мне было предложено написать заявление с о приеме в команду.
А в 1973 году никто почти не верил, что мы в первую лигу выйдем. Многие игроки по разным причинам покинули команду. Кого отчислили, кого в армию призвали. А взяли и за семь туров до окончания Чемпионата СССР, стали первыми. В свои двадцать лет приобрел большие проблемы с поясницей, боль от которой уходила в ноги. Я был лучшим бомбардиром команды на тот момент, и потеря ключевого игрока грозила потерей очков. В одном из матчей, по-моему, со свердловским «Уралмашем», нашему нападающему Коле Климову сломали два ребра, да еще я в лазарете. На следующую игру, начальник команды Анатолий Николаевич Заяев берет меня с собой. Я ходить не могу, а здесь играть. Меня отправляют к доктору, тот делает блокаду, и я в первом тайме еще и гол забиваю. А во втором уже на первых минутах понимаю, что всё. Доктор вдогонку второй укол делает, а я уже ног не чувствую. Замена. Были такие моменты, на уколах частенько приходилось играть. Форма у нас в 1973-74 годах была с голубыми и белыми горизонтальными и вертикальными полосами. Похожая на форму «Селтика» была, а потом и белая появилась, и красная, и комбинированная, как у московского «Локомотива». Мы ведь тоже железнодорожники. Приднепровская железная дорога. И название стадиона, как я уже говорил, соответствовало этому ведомству.

Фото из архива А. Коробочки


Фото из архива А. Коробочки


Конечно, я забивал голы и считался бомбардиром, но переход в оборону был моей личной инициативой. Мне нравилось играть на предпоследнем рубеже, выручать товарищей, помогать вратарю, вести борьбу с нападающими, несмотря на некоторую тягу к голевому завершению атак. Изначально тренеры не считали меня хорошим «легкоатлетом», и мне пришлось начать бегать кроссы. Я не стал спринтером, стартовой скорости не хватало, зато выносливостью можно было гордиться. Что касается приверженности защитным действиям, вспоминается случай из футбольной юности. В Чемпионате СССР среди юношей у нас была последняя игра с ребятами из Херсона. Этот город представляла очень хорошая команда, а мы оказались на поле в очень усеченном составе. Всего двенадцать человек имелись в наличии у тренера. Запасным у нас был только второй вратарь. Соперники были очень обижены на нас за выигрыш в первом матче. Херсон считал, что пенальти назначили в их ворота несправедливо. Возможно, они правильно считали, но дело было сделано, и нас ожидал совсем не радужный прием.
Еще десяти минут не прошло с начала первого тайма, а мы уже горим. В минус три ушли, да еще «ломается» центральный защитник. Еще в середине чемпионата на одну из игр меня не поставили в основу. Подхожу к тренеру, интересуюсь почему. Тот объясняет, у тебя слабые ножки еще, избегаешь борьбы, играешь на «чистых мячах». Я спрашиваю, что мне делать. Бегать кроссы, последовал ответ. Про лестницы не забывать, горки и другие препятствия, укреплять мышцы ног. Следующим утром я уже бежал кросс по пересеченной местности, взялся за себя и добился определенного прогресса. Поэтому после травмы защитника без сомнения попросился на его место, отправив другого своего товарища помогать нападению. Мы так и проиграли с этим счетом, но херсонцы не сделали ни одного удара по воротам, после моего перемещения в оборону. Поле на стадионе было хорошим, но в штрафной площади «чернозема» хватало. Моя футболка по цвету от него не отличалась после игры. Зато тренер признал во мне футболиста и уже в Керчи рекомендовал меня в команду мастеров.
В «Таврии» я сам просился на место последнего защитника, но мне возражали, мол, скорости нет у тебя, будешь упускать быстрых нападающих. Хорошо, говорю. Давайте я побегу наперегонки с центральным защитником какое угодно расстояние. Кто выиграет забег, тот займет это место. Но все равно отказывали. А потом получилось так, что наш защитник нахватал карточек, и я занял место последнего. Матч с Нальчиком мы выиграли, а я почти не вспотел. Мог еще один матч отыграть сразу. Чувствую, что мое это место, справляюсь с обязанностями, получается многое. И Сергей Иосифович Шапошников тоже не мог не отметить, что именно там мне и нужно находиться. Вопрос решили. Безусловно, забивать мячи дело очень приятное и почетное. Я сыграл за «Таврию» 237 матчей и забил 57 мячей, будучи полузащитником и либеро. Но мне хотелось, чтобы не было пожара у нас в оборонительных порядках. Чтобы этот порядок сохранялся. Не всегда это удавалось в полной мере осуществить, но у полевых игроков должна быть уверенность в надежности тыла.
У Сергея Иосифовича на сей счет, было иное мнение. Он нашу оборону сильной не считал, и упор делал исключительно на атаку. Лучше на один больше забить, чем на один меньше пропустить. Хотя, какая разница! Не зависимо от того, дома играем или в гостях, установка одна. Вперед и с песней. Мы, игроки, сами уже стали подходить, аккуратно спрашивать главного тренера, просить. Может быть нам, Сергей Иосифович, не рвать с места в карьер в каждом матче. Может быть, можно где-то удержать счет, где-то в «автобус» сесть на время. Бесполезно. Оборона не ваше занятие, не сможете от нее играть. Еще больше пропустите, так что, лучше искать счастье в атаке. Не скажу, что не было у нас разногласий с Сергеем Иосифовичем. Он таким же упертым был, как и я. Но кто я, и кто он! Конечно, я это понимал, но, как в израильской армии, приказы, порой, оспаривал. Все же удалось убедить Сергея Иосифовича не разгонять наш паровоз на тяжелом «тройнике» Ивано-Франковск-Нальчик-Владикавказ. Мы не побежали, сломя голову, вперед, уделили особое внимание обороне и увезли с этого выезда шесть очков. Шапошников еще после первой игры извинился перед командой за недооценку. И вот здесь, хочется отметить замечательное качество Сергея Иосифовича Шапошникова, качество настоящего мужчины и мудрого наставника, признавать свои ошибки или не совсем правильные действия.

От автора. В связи с этим, показательны слова В. Б. Бубукина о своем старшем товарище и коллеге:"Не могу сказать, что Сергей Иосифович добивался таких высот, как Якушин, Качалин или Аркадьев. До таких тонкостей в работе он не доходил, но прекрасно разбирался в душах людей. Всячески поощрял творчество игроков, то есть не скрывал, что у него есть планка, которой он достиг, и если видел, что игрок в чем-то выше, он ему разрешал воплощать собственные мысли. Разрешал спорить, доказывать тренеру, что тот не прав. В этом была сила Шапошникова". Не сразу это случалось, со скрипом, но к определенному соглашению приходили и игроки и тренер.

Фото из архива А. Коробочки


Юрий Аджем. Всякое бывало. Например, травма голеностопа у меня. Точно не могу играть в очередном матче. Тренер меня все равно берет. Зачем? Непонятно. Я мог немного с семьей отдохнуть, дать ноге перерыв небольшой. Нет, едем и все.
Как-то раз, приехал после сборной с проблемой в легких. Сначала я думал, что сердце забарахлило. Доктор сказал надо делать снимок, разбираться. Но Сергей Иосифович решил, что это все ерунда, пройдет само, организм молодой и сильный , и утащил меня на игру. Во время матча мне стало плохо и пришлось покинуть поле. В груди как хлопнуло что-то, будто пакет целлофановый надули и шлепнули по нему рукой со всей силы. Так казалось тогда. Мне валидол суют, да куда там. Оказалось чуть позже пневмоторакс. Это когда в легких воздух не в ту полость попадает. Я с ним месяц проходил без обследования, вроде, полегчало немного. Но ускоряться по полной не мог. Здесь «двойник» Ташкент-Душанбе, меня берут, несмотря на недомогание. И уже в Ташкенте сделали все же снимок легких. Как же, говорят, ты играешь с таким заболеванием. Наш доктор доложил Шапошникову, и тот на обеде подошел ко мне и при всех извинился. Только сильному человеку такое под силу. Отпустил меня домой лечиться. Находил мастер в себе силы извиниться за некоторые непонятные действия. И перед отдельным человеком и перед командой».

Фото из архива А. Коробочки. Заявления на загранпаспорта




Еще раз о Шашкове Николае Александровиче.

От автора. Земляк и одноклубник Юрия Аджема по «Таврии» и ЦСКА Анатолий Коробочка, рассказывал нам об этой легендарной личности. Контр, а позже вице-адмирал флота, боевой офицер, капитан атомной подводной лодки, знаменитой К-172, Председатель Спорткомитета Вооруженных Сил СССР, Николай Шашков был частым «гостем», в частности, у футболистов ЦСКА. Каким гостем скажете? Безусловно, хозяином. Человек твердого характера, строгой дисциплины, требовательный и справедливый. Оценки легендарного моряка и спортивного чиновника у спортсменов основаны на личном опыте общения с этим человеком. Но Николая Александровича трудно отделить от ЦСКА того времени.

Юрий Аджем. Песчанка. ЦСКА - Динамо (Киев) 1979 год. Фото ПФК ЦСКА



Юрий Аджем. «Николай Александрович говорил, что на подводной лодке, матрос ты или командир, все живут одной семьей, единым коллективом. Чувство коллективизма он прививал своим подчиненным и в спортивных командах, у нас, в футбольном ЦСКА. Он всеми фибрами своей души желал видеть сплоченную команду, объединенную одной целью. Такая у него была позиция. Настоящим мужиком, человеком с большой буквы был Шашков. И мне очень горько, что случилась такое ужасное происшествие с ним и его супругой, приведшее к смерти обоих по неосторожности. Светлая им память.
Николай Александрович мог разнести в пух и прах команду, когда считал, что налицо пораженческие настроения или недостаточная коллективная самоотдача. Мог отправить на танковый полигон Курсы Выстрел. Мог приехать туда лично, невзирая на свои семейные дела и проследить, как футболисты бросают учебные гранаты изо рва вслед ревущим танкам. Мог рвать и метать. Но мог и выслушать, найти справедливое решение, принять участие в судьбе, оказать содействие. Я уверен, не будь в отлучке контр-адмирал во время известных событий 1981 года после злополучного матча с «Днепром», не случилась бы с Мишей Дубининым и со мной та вопиющая несправедливость, которая вылилась в приказ о лишении меня звания МСМК и т.п. Шашков обещал всяческое содействие в этом деле, невзирая на то, что оно дошло до ЦК КПСС. Несмотря на всю кажущуюся интеллигентность, Олег Петрович Базилевич отличался такими поступками, а именно, перекладыванием ответственности за собственные неудачи на другие плечи. Я был переведен тренером в опорную зону, это было не совсем мое дело, но не роптал, старался принести пользу. Тем более, что ответственности добавляла капитанская повязка. За две недели до игры с «Днепром» в разговоре со мной Базилевич отметил, что я вышел по игре на европейский уровень, и что он будет рекомендовать меня тренерам национальной сборной. Ничто не предвещало беды.
В перерыве днепропетровского матча я отметил излишнюю нервозность нашего уважаемого доктора Белаковского Олега Марковича. Он ходил из угла в угол и выглядел сильно озабоченным. Его состояние стало передаваться и нам, игрокам. Я, как капитан команды, поинтересовался истоками этой непонятной возбудимости. Ответ доктора пронзил сердце резкой болью: я буду докладывать руководству о сдаче матча сопернику. Я резонно заметил, что закончилась не игра, а лишь первый тайм, и мы еще не проигрываем. Спрашиваю у Базилевича о его мнении. Тот отвечает, что оно пока другое. Пока. Безусловно, с такой тяжестью на душе играть было сложно, тем более, выиграть. Мы были обречены и, как итог, проигрыш в один мяч».

От автора. К моменту этого пренеприятнейшего события в истории нашего клуба и в жизни Юрия Аджема, в активе армейцев был отрезок из пяти не проигранных матчей, два из которых закончились убедительными победами над московским «Спартаком» и алма-атинским «Кайратом». Футболисты, тренеры, болельщики жили в предвкушении начала розыгрыша Кубка УЕФА. Цели были ясны, задачи определены. Что могло повлиять на мнение и поведение Олега Петровича, было предельно ясно и понятно. А вот выводы Олега Марковича по Аджему и Дубинину легли тяжким грузом на плечи футболистов ЦСКА. Мы потеряли двух ключевых мгроков обороны и атаки, которые могли принести огромную пользу команде в играх с любыми соперниками. Сами "виновные" были вынуждены принять ситуацию такой, какой она была на тот момент. Что они могли сделать против мощнейшего ЦКовского механизма, который мог в пыль стереть любого и всякого.
Все это было, как дурной сон, который никак не мог прерваться почти год. Замминистра обороны маршал Соколов тоже был на тот момент в командировке в Афганистане, контр-адмирал Шашков на Спартакиаде дружественных армий. Помочь было некому. Но у футболистов были друзья, которые обивали пороги кабинетов, старались привлечь журналистов к этому вопросу, не боялись говорить то, что они думают в сложившейся ситуации. Валерий Новиков просил за Михаила Дубинина, по его просьбе Александр Львов написал статью, где звучали добрые слова в адрес Миши. Александр Тарханов, являясь парторгом команды, не побоялся вступиться за Юрия Аджема. Игрок сильно переживал, что Валентин Борисович Бубукин не поддержал человека, которого знал еще в бытность свою старшим тренером симферопольской «Таврии».

Юрий Аджем. «Мы приехали на очередной матч в Донецк, и здесь состоялось собрание команды, на котором я и Михаил Дубинин были отстранены от игр чемпионата с формулировкой «за снижение спортивного мастерства. Для меня это было, как расстрел, о чем годы спустя я сказал Валентину Бубукину. Что я мог сделать, Юра! Я ничего не решал в команде. Не решал, но знать меня знал. В общем, поставили они нас к стенке и расстреляли. У меня папа и мама уважаемые люди в Керчи. Папа очень любил футбол, не пропускал матчи с участием местной команды много-много лет. Когда, например, Керчь играла в Жданове, мог на попутной барже или на перекладных туда рвануть, всегда к игре поспевал. Каково ему было смотреть в глаза землякам, следившим за «успехами» его сына!? Что говорить людям!? Разве могли простые люди потушить вспыхнувшее пламя злорадства, злословия, критиканства. Папа и мама всегда меня поддерживали в трудную минуту, это естественно. Ведь пока родители живы, мы всегда для них дети. Мамы и папы уже нет на этой земле, но я всегда буду хранить в сердце их любовь и заботу.

Слава Богу, добро на этой земле всегда имело свое законное место.
На базе в Архангельском мы частенько пересекались с нашими армейскими хоккеистами. Судьба меня свела, и я ей очень благодарен за это, с великим тренером Виктором Васильевичем Тихоновым. У меня с ним сложились хорошие отношения. Он был внимательным, вдумчивым, заинтересованным собеседником. Когда-то и сам являлся футболистом ЦДКА, поэтому всегда с любопытством расспрашивал о современных веяниях и нюансах футбольной жизни. И когда меня вывели за штат футбольного ЦСКА, и наступила полная неопределенность в моей дальнейшей карьере, этот человек взял меня в свой штаб. Я улыбаюсь, когда вспоминаю, что с хоккейной командой ЦСКА стал чемпионом СССР. С большой благодарностью и любовью говорю о Викторе Васильевиче. Добрая ему память. Почти год длилось мое отлучение от футбола. Николай Иванович Шашков писал два письма в мою поддержку наверх. Говорил, терпи, Юра. Такой маховик запущен, попробуй, останови. Но мы остановим. Это время пришло. Сергей Леонидович Соколов, замминистра обороны СССР, не остался безучастным к моей судьбе.
Но перед этим я поехал во Львов, где заместитель командующего Прикарпатским военным округом, генерал-полковник, грозил, что если меня не заявят за «Карпаты», он остановит строительство горнолыжной трассы. Шашков не хотел меня отпускать во Львов, но мне нужно было играть. За основу «Карпат» не сыграл, Сыч не дал, можно так сказать, придержал дисквалификацию, но в играх дублирующего состава и товарищеских матчах участие принимал. А потом Фортуна все же повернулась ко мне лицом. Соколов надавил на Сыча, и я засобирался в Москву по обнадеживающему звонку Тарханова. Чем просто взбесил командующего Прикарпатским военным округом Валерия Александровича Беликова. Он был большим поклонником футбола и радовался, что у него за дубль играет Аджем. Приезжал на матчи дубля, которые без него не начинались. Надолго затаил обиду Валерий Александрович после моего отъезда из Львова обратно в Москву. Аукнулась эта обида мне уже в ГСВГ.
В конце 1978 года наша олимпийская сборная находилась в Венгрии. Там я познакомился с Александром Тархановым (его рассказ тоже будет на страницах книги - прим. автора). Мы с ним сошлись, подружились. И Саша позвал меня в ЦСКА. На словах, по крайней мере. Я не рассматривал такой вариант продолжения карьеры, но узнал от своего друга, что Сергей Иосифович Шапошников будет назначен старшим тренером армейцев. Это несколько поменяло мое отношение к возможности оказаться в армейской команде. В скором времени в Москве должен был состояться международный турнир на приз газеты «Известия» со знаменитым снеговиком на шайбах и других атрибутах этой прекрасной игры. Мы с женой очень хотели приехать в Москву и походить на матчи с участием нашей команды. Саша тут же пригласил нас в столицу, предоставив ключи от своей квартиры. Сам он уезжал в отпуск. И мы ходили на хоккей, билеты мне достали «по блату», жили в квартире у Саши, а потом у меня состоялась встреча с Сергеем Иосифовичем Шапошниковым. Хорошо посидели, поговорили, пригубили хорошего коньячку и порешили, что я перебираюсь в Москву, в ЦСКА. Я немало лет и сил отдал «Таврии» и, честно говоря, мало что уже меня удерживало в команде. Хотелось перемен. И они наступили. Но когда мы с женой ехали в поезде на нашу Родину, в соседнем купе оказался мой нынешний старший тренер «Таврии» Вадим Иванов. У меня были очень добрые отношения с этим прекрасным человеком и хорошим футболистом в недалеком прошлом. Он сразу догадался, что я перехожу в ЦСКА, а я и не отпирался.
В январе 1979 года я прибыл в Москву и стал армейцем. Команда улетела на традиционные сборы в Болгарию, а мы с Володей Астаповским присоединились к ребятам чуть позже. Какой же сильной футбольной личностью был Владимир. Уникальный спортсмен, атлет, выдающийся вратарь. Не встречал я таких вратарей за всю свою жизнь. Человек-кошка.В столице меня поселили в армейском пансионате на 3-й Песчаной улице. Иван Кириллович Покусаев, начальник ЦСКА, выделил моей семье две комнаты, у нас было двое детей, а клуб подыскивал мне квартиру тем временем. В пансионате мы подружились с семьей Николая Дроздецкого, который тоже только приехал в хоккейный ЦСКА из Ленинграда. Он был моим другом, и я до сих пор скорблю о его безвременном уходе из жизни. Мы получили ордер на небольшую квартиру на улице Поликарпова, неподалеку от Боткинской больницы. Стали москвичами.





Фото из архива В.Швецова


Фото из архива В. Новикова




Я вспоминаю маршала Соколова Сергея Леонидовича. После описанных выше событий, сидел в кабинете напротив этого величественного человека. Магия маршальских звезд действовала безотказно. Но в тот день заместитель министра обороны СССР был на удивление спокойным. Да и не только в этот день. В конце разговора Сергей Леонидович поинтересовался, нет ли еще каких-либо вопросов у собравшихся. Саша Тарханов в своем стиле, в своей манере «не могу молчать», будучи парторгом, сказал Соколову, что не понимает, почему Юрий Аджем до сих пор лейтенант. Тут же последовало соответствующее распоряжение начальнику команды Марьяну Ивановичу Плахетко. Через неделю третья звездочка составила компанию двум имевшимся на моих погонах. Соколов отметил тогда, что все случившееся и выпавшее на долю этого человека (меня) в немалой степени его собственная вина. Это не мои слова, а маршала Советского Союза.
Когда меня вернули в состав ЦСКА,"мое" место не пустовало. Пришлось доказывать. Например, приехавшему из сборной Валере Глушакову не нашлось применения из-за этого как-то раз. Я к нему подошел, мне было не по себе, хотя, это привычное дело в спорте, в футболе. Валера был замечательным человеком и очень хорошим футболистом. Он не обиделся, успокоил меня и подбодрил. При этом я не могу сказать, что Альберт Алексеевич Шестернев, к тому времени возглавлявший армейцев, всегда давал мне зеленый свет. Год 1983 стал последним годом, проведенным мной в ЦСКА в качестве футболиста. Для меня он прошел ударно. В тридцати матчах я выходил в стартовом составе и забил три гола. Один из них пришелся в ворота московского «Спартака». В целом же, команда наша закончила чемпионат на не очень почетном двенадцатом месте. Назревали перемены, и предчувствия меня не обманули. Юрий Андреевич Морозов, новатор из Ленинграда, после достаточно изнурительного кросса в начале 1984 года в Архангельском, на котором, кстати сказать, я обошел на километр всех членов нашего армейского коллектива, предложил мне и Юре Чеснокову покинуть команду в виду недостаточной физической подготовки. В клубном автобусе по дороге в Москву мы фактически попрощались с ребятами, оставались лишь простые формальности.
Вскоре у меня произошла встреча с моим земляком и давним товарищем по «Таврии» и ЦСКА Анатолием Коробочкой и еще одним армейцем Сергеем Морозовым, который возглавлял команду ГСВГ. Посидели, переговорили и отправились мы с Юрой Чесноковым в Германию.

От автора. Когда-то давно, во времена моего активного юного боления за наш армейский клуб (середина семидесятых и восьмидесятые), мне казалось, что игроки покидающие команду и отбывающие в группы советских войск в социалистические страны, отправляются в ссылку и забвение. Насчет второго, может быть, в некотором роде так и было, но насчет первого предположения футболисты - «иностранцы», конечно, могут поспорить. Попадали они в очень хорошие страны, с хорошей спокойной и сытой жизнью. Страны, откуда привозились импортная одежда, бытовая техника и другие товары народного потребления. Несмотря на то, что армейские футболисты являлись военнослужащими, носили военную форму, соблюдали устав в определенной степени, никто особо не жаловался на тамошние условия прохождения службы. Играли в футбол за команды групп войск, за любительские коллективы низших лиг соцстран, отдыхали от советской действительности, пока наша страна не встала на путь капитализма. На этом «отдых» за границей закончился, нужно было собирать чемоданы и возвращаться на Родину, которая не сказать, чтобы ждала своих сыновей и дочерей с распростертыми объятиями. В общем-то, этот период футбольной жизни Юрия Николаевича Аджема и многих других армейских футболистов, таким образом, я описал. Подробнее можно почитать об этом в рассказе Анатолия Коробочки. www.bobsoccer.ru/user/32410/blog/?item=383933

Если на минутку вернуться в середину семидесятых, то можно мельком увидеть Юрия Аджема в московском «Торпедо». Было и такое в жизни футболиста. Почти все было улажено, предоставлялась хорошая квартира, но тогда Москва не сумела завлечь молодого футболиста своими соблазнами. Она казалась чрезмерно большой, неуютной, шумной. Через полгода «мучений» Юрий вернулся в Крым. Были попытки со стороны киевских селекционеров и тренеров «Динамо» завладеть талантливым игроком. Но как пробиться в такой состав, когда даже Леонид Буряк просиживал скамейку запасных. Заяев говорил Лобановскому о некоторых легкоатлетических слабостях Аджема. На что Валерий Васильевич возражал: Зато он умеет в футбол играть, а бегать научим. Юрий имел личные встречи с Валерием Лобановским и Олегом Базилевичем. Вопрошал у мэтров, вместо кого ему выпадет счастье играть. Вместо Конькова или Фоменко? Это было нереально. Открутились от киевлян.
Большую часть своей футбольной жизни Юрий Николаевич Аджем посвятил ЦСКА и Армии. Играл, помогал Тарханову тренировать основной состав армейцев в середине девяностых. Тяжелые и неоднозначные времена для всех красно-синих. С 2001 года в школе ЦСКА. Затем армейский дубль до 2010 года. На смену Юрию Аджему пришел Александр Гришин. В день нашей беседы с Юрием Николаевичем шел прощальный матч молодежной команды ЦСКА с её главным тренером Александром Сергеевичем Гришиным, воспитанником армейской футбольной школы. Многое в истории переплетается. Юрий Аджем помогает Андрею Аксенову тренировать армейских ребят 2000-го выпускного года. От всей души желаем Юрию Николаевичу Счастья и Побед!

А.Коробочка, В.Орлов, Ю. Аджем. Друзья по "Таврии" и по жизни


Ю. Аджем и Б. Копейкин


Ю. Аджем на стадионе "Октябрь"


Без комментариев)







Редакция портала Bobsoccer.ru не несет ответственности за публикации в разделе "Заметки болельщиков".
солнцево
Ваша оценка: нет Средняя: 3.5 (13 голосов)
Комментарии пользователей
  • 24 Мая 08:51
    +
    Спасибо, Андрей! Всё как всегда - вкусно и полезно!

    P.S.: на мой взгляд, режет слух "задний защитник", может заменить на последнего или либеро?
    • 24 Мая 08:58
      +
      Спасибо, Игорь! Согласен, но это его слова. Не помню, говорили так в то время. Если было уже, поменяю, конечно.
      • 24 Мая 17:06
        +
        Говорили, тепло?. Ещё говорили "чистильщик", и ещё "стоппер", правда в последнее время этот термин понимается не так, как прежде.
        Спасибо за хороший рассказ - на душе стало теплее.
      • 24 Мая 17:45
        +
        Изменил.
  • 24 Мая 10:16
    +
    спасибо! очень интересно.
  • 24 Мая 11:11
    +
    Спасибо автору, как всегда, очень интересно!
  • 25 Мая 11:32
    +
    Прочел с большим удовольствием. Спасибо.
  • 26 Мая 05:34
    +
    Большое спасибо! Интересно и познавательно даже для старых болельщиков. Ваш труд неизменно вызывает уважение и признательность. Желаю новых творческих удач и успешной публикации готовящейся книги!
Авторизуйтесь


или зарегистрируйтесь

Буквы вводятся с учетом регистра. (англ.) Это быстрая регистрация, у вас будут определенные ограничения. Пройти полную регистрацию
 
Популярное
Макс 21 Июля 18:13
1379/20103

ЦСКА - "Локомотив"

смотрим и обсуждаем
Эндрю 22 Июля 12:06
957/17072

"Зенит" - "Рубин"

Смотрим и обсуждаем
Макс 25 Июля 18:43
943/15162

АЕК - ЦСКА

смотрим и обсуждаем
Скорпи 23 Июля 13:19
807/13407

"Уфа" - "Спартак"

смотрим и обсуждаем
Макс 24 Июля 11:44
257/6630
Макс 21 Июля 18:13
1379/20103

ЦСКА - "Локомотив"

смотрим и обсуждаем
Эндрю 22 Июля 12:06
957/17072

"Зенит" - "Рубин"

Смотрим и обсуждаем
Макс 25 Июля 18:43
943/15162

АЕК - ЦСКА

смотрим и обсуждаем
Скорпи 23 Июля 13:19
807/13407

"Уфа" - "Спартак"

смотрим и обсуждаем
Макс 24 Июля 11:44
257/6630
Эндрю 23 Июля 00:24
126/5758

"Зенит" и "Санкт-Петербург-Арена"

Впечатления от первого домашнего матча сезона
Редакционная хроника
Как вы относитесь к идее введения видеоповторов в РФПЛ?
Всего проголосовало: 1202 посмотреть другие опросы
Сейчас обсуждается:
Сегодня 03:31
Сегодня 03:27
Сегодня 03:27
Сегодня 03:05
Сегодня 03:01
Сегодня 02:55
Сегодня 02:49